Но вернемся к роману «Война и мир». Вне зависимости от того, как в действительности Лев Николаевич Толстой относился к нашему герою, его граф Растопчин – это художественный образ, литературный герой, который продолжал линию сверхчеловека «Наполеон – Долохов – Растопчин». «…Для общего блага он не мог остановиться перед жизнью одного человека», – устами Пьера Безухова говорит о Наполеоне Толстой. «…Ему ничего не значит убить человека, ему должно казаться, что все боятся его, ему должно быть приятно это», – так думает Пьер Безухов уже о Долохове. «Я никого знать не хочу кроме тех, кого люблю; но кого я люблю, того люблю так, что жизнь отдам, а остальных передавлю всех, коли станут на дороге. У меня есть обожаемая, неоцененная мать, два-три друга, ты в том числе, а на остальных я обращаю внимание только на столько, на сколько они полезны или вредны», – говорит сам о себе Долохов. А следующей по нисходящей линии образов идет карикатура на сверхчеловека, обнажающая уродство идеи сверхчеловека, уродство мысли о том, что может быть право распоряжаться жизнью людей во имя пусть даже и самых благородных целей. Наполеон действовал во имя общего блага. Долохов ставил интересы небольшой группы близких людей превыше всего. И тот, и другой в первую очередь любили себя в этой роли, в роли сверхчеловека. И граф Растопчин у Льва Толстого олицетворяет уродливую суть этой страсти. «…Этот человек не понимал значения совершающегося события, а хотел только что-то сделать сам, удивить кого-то, что-то совершить патриотически-геройское…» – писал Лев Толстой. И далее: «Растопчин в воображении своем составил для себя роль руководителя народного чувства – сердца России… Красивая роль руководителя народного чувства так понравилась Растопчину, он так сжился с нею, что необходимость выйти из этой роли, необходимость оставления Москвы без всякого героического эффекта застала его врасплох, и он вдруг потерял из-под ног почву…» Наполеон отправляет на смерть целые армии. Долохов – известный дуэлянт. Графу Растопчину достается один-единственный Верещагин, незадачливый купеческий сын.

Предвижу возражения. И спорить не буду. Можно соглашаться, можно не соглашаться с вышесказанным. Но важно понять, что граф Растопчин Льва Толстого – это в первую очередь художественный образ. Притом что отдельные черты характера настоящего графа Ростопчина схвачены верно.

Роман «Война и мир» укрепил традицию уничижительного изображения графа Ростопчина. То и дело приходится сталкиваться с передергиваниями, когда факты переворачиваются с ног на голову. Так, например, обстоит дело с вероисповеданием графини Екатерины Петровны Ростопчиной. Часто, когда идет об этом речь, звучит примерно следующее: прельстившись внешней красотой ритуалов, графиня Ростопчина приняла католичество. В действительности графиня Ростопчина именно потому-то и приняла католичество, что слепое следование ритуалам ее не устраивало. Для нее важным было общение, беседа на религиозные и философские темы. Но ее беда, как и многих барышень XVIII века, заключалась в том, что она недостаточно хорошо знала русский язык. Языком общения для нее был французский. И это послужило одной из главных причин, по которой графиня приняла католичество. Благо и французский священник оказался под рукой. Двор московского дома графа Ростопчина на Лубянке выходил ко двору церкви Святого Людовика, где служил аббат Адриан Сюрюг.

А возьмите историю с показательной казнью Михаила Верещагина.