— Но сейчас, — продолжил Иероним, — когда Москва ведет успешную войну с османами, это можно расценить… — он оборвался, но выражение его лица было очень красноречивым…

[1] Impossibile est possibile (лат.) — невозможное возможно.

Глава 6

1557 год, 29 мая, Истанбул

Дело близилось к сумеркам. Вечерним.

Андрей стоял у окна башни Правосудия и наблюдал за великим городом. Уже почти сутки он находился в старинной столице. Граф улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. Таким ярким, таким свежим…

Сразу после атаки янычар, что сдерживали рабов у Топкапы, произошел вполне ожидаемый инцидент…

— Да кто ты такой?! — взвился один из вождей этой толпы. На верхнегерманском наречии. — Пытаясь оспорить доминирующее положение воеводы.

— Он тот, кто освободил тебя! — грозно выкрикнул отец Антоний, выходя вперед. На том же языке. — Я представитель Святого Престола в этом походе! Отец Антоний, член ордена иезуитов, лично присягнувших Папе Римскому. А он, — махнул он в сторону воеводы, — граф Триполи и Шат Андреас. Крестоносец, который освободил вас и дал вам шанс на месть и спасение.

— Вот пусть и не мешает! — выкрикнул все тот же человек, но уже не так уверенно.

— Султан сбежал! — крикнул Андрей. И отец Антоний тут же перевел.

— Как сбежал? Куда? — начали доносится голоса отовсюду.

— Сбежал. В Галат. А вы думали, что он сидеть будет и ждать? Он трус и мерзавец! Так что его уже не накажешь.

— А почему нам нельзя в Топкапы? — спросил один из рабов с твердым, внимательным взглядом.

— Там остались его жены и наложницы, что по сути одно и тоже. Ибо дети любой из них могут законно унаследовать престол. Возможно дочь. Что будет если вы, уставшие и изголодавшие попадете туда? Не будем лукавить. Они бабы. И их судьба понятна. А как вы потом жить будете? Вам же как-то домой возвращаться. Справитесь с клеймом таким?

Иезуит перевел.

Рабы молчали.

Все прекрасно понимали — Андрей прав. Войдя в Топкапы они разнесут там все в дым. А все что можно изнасиловать будет изнасиловано. В том числе и жены да наложницы Султана. И это не простят. Никто не простит. Никогда. Такое не прощают.

— Посему, — продолжил Андрей, — я предлагаю вот что. Здесь, — он махнул рукой, — оружейные мастерские города. Тут вы сможете вооружиться. Если вы хотите вырваться отсюда — это вам необходимо. Ибо какой воин без оружия? После чего я очень надеюсь, что вы поможете мне и разнесете этот город в пыль! Особенно налегая на подворья купцов. Там вам и деньги, и добрые одежды, и девицы в достатке будут. А ближе к будущему вечеру собираемся тут. У Собора. Отец Антоний проведет литургию, после которой я поведу вас на прорыв…

И завертелось.

В принципе толпа была удовлетворена раскладом, который предложил им Андрей. Почти все из них понимали, что грабить дворец Султана хоть и соблазнительно, но закончится это все может плачевно. Наверняка кто-то не выдержит, сорвется, а отвечать будут коллективно. Тем более, что Андрей дал наводку на Едикале. Дескать, там хранится казна Султана. Все его сбережения. Монетой. А здесь, в Топкапы, только реликвии. Поэтому часть лидеров восставших рабов повели своих ребят на Едикале, а остальные…

Андрей не сильно интересовался их делами, прекрасная понимая, что город ждет ночь любви. Принудительной. И в какой-то мере противоестественной.

Сам же он двинулся в сторону дворца.

Ворота его, разумеется, были закрыты.

Граф подошел и постучал.