Я вздохнул… А ведь я хотел попробовать толчок ногой в столб, с выбросом яри, и с помощью скольжения прокатиться над полем до самой фермы. Мне кажется, тут около двухсот метров, и силы толчка бы хватило.

Но хорошо, что столб сразу показал свою ветхость, а то бы просто снёс его ногой, и сильно нашумел бы.

Маскировка маскировкой, но идти по открытому полю мне совсем не хотелось. Мало ли какой там дар у яродеев, вдруг какой Видящий талантливый, который что-то заподозрит?

Хмыкнув, я снова глянул на иолит. Подождал немного, выгадывая движение стражников на фоне светлых стен, и давая гномьей «опоре» чуть откатиться. Затем, закрепив камень в воздухе, упёр в него ногу. Сконцентрировался… «Бить!»

И тут же… «Скольжение!»

Твою ж мать-то! Нога чуть вылетела из сустава от такого сильного толчка, а я с треском поцеловал свою коленку. А потом и вправду пронёсся над полем, при этом с шелестом сшибая пеньки от пшеницы.

Кое-как — спасибо сноуборду в прошлой жизни! — я умудрился сохранить равновесие и упал только в конце. По счастливой… эээ… моей собственной воле, конечно же, скорость начала снижаться прямо у стены ближайшей фермы, и упал я уже у цели. Окон в стене не было, и я, допрыгав на одной ноге, нырнул за кучу сырой соломы. И тут же зашипел, растирая ногу и ушибленный подбородок.

Я вытащил флягу и приложил к разбитой губе. Надо восстановить силы. Гадство, чтоб я ещё хоть раз вот так, без проверки⁈

— Ну, парень ты рисковый, — прошептала Велена в отражении рукояти «Убийцы Троллей», — И да, я думаю, ты ещё не раз будешь так делать.

Кое-как убаюкав боль, я протянул ладонь вперёд… Где-то там остался иолит, до него метров двести. Правда, только сейчас я подумал — а как же далеко гномий камень будет меня слушаться⁈

«В руку!» — подумал я, концентрируясь на темноте, где за ночным полем скрывался вдали забор, и представляя себе синий камень. И довольно улыбнулся, когда иолит, словно послушный воробушек, мягко шмякнулся в подставленную ладонь.

— Ты слышал?

— Может, ветер? Похоже.

Едва я услышал голоса, как бесшумно вытянул клинок. Какая всё-таки хорошая работа мастера, меч ни разу не прошелестел, пока вылезал из ножен.

— Нет, слишком громко трещало, это не ветер.

— Давай обойдём периметр, не нравится мне это. Хозяева сказали, ловить любого, кто попробует пробраться, и вешать к остальным.

— Лучше сразу убивать, меньше мороки. Тошнит меня уже от этих висячих мертвяков.

— Ну ведьмочка-то ничего такая, да?

— Леля! — ахнула Велена, — Они про мою ученицу!

Голоса звучали как раз из-за кучи соломы, и двое говорящих должны были появиться буквально через мгновение. Я прикрыл глаза, чувствуя, что сейчас решающий момент. Закапываться в солому было поздно — слишком шуршит.

Присесть… Больно ногу, гадство! Оттянуть клинок… Оттолкнуться!

«Скольжение! Бить!»

Два молодых эльфа шли друг за другом, а их пытливые взгляды были устремлены в поле. Поэтому, когда одно движение клинка обезглавило их обоих, они даже не заметили этого. И, уже лишённые голов, даже сделали ещё один шаг, прежде чем свалиться.

— Надо было допросить!

— Тут ещё полно, кого допрашивать, — прошептал я.

Тихо, стараясь не сильно шуметь, я прикрыл тела соломой. И постарался успокоить совесть — они сами сказали, что им приказано убивать любого. Ну что ж, у меня не было выбора.

— Ох, орф, не смеши, — сказала Велена, — Это война, чистокровные тебя пытались убить несколько, а тебя ещё и совесть мучает? Они мою Лелю схватили!

— Дело не в совести, — шепнул я, выглядывая из-за угла, — А в том, чтоб человеком остаться.