Ну, какой эффект? Убьёт или ранит?

Естественно, проверять на себе я не собирался. Лишь подметил, что по лестнице всё равно существует определённый маршрут, огибающий ловушки — просто на каждой ступени надо знать, с какой именно стороны идти. Да уж, неплохая такая зарядка для памяти. А уж сколько мотивации… Чуть запамятовал — и минус нога!

Приезжий Коваров, например, откуда знал этот маршрут? Так что наверняка где-то здесь должна присутствовать руна отключения.

Я ещё раз осмотрел стену. Нет, только орочья магия, и… Так, стоп!

А ведь это не совсем орочьи руны, совсем нет присущей им округлости. Это же эльфийский язык, это вообще не руны. Идеально прямые эльфийские углы, будто они по линейке чертят свои буквы. Я повидал уже достаточно всяких книг и писем, чтобы хоть чуть-чуть, но различать.

Крупная надпись нанесена орочьей варью — краской, напитанной ярью. И я понял, почему надпись горела так ярко — она горела не только в моём сознании Видящего, но и действительно освещала лестницу.

Хм-м, ну, ожидаемо для эльфов. Если сюда кто-то спускается, то он должен быть чистой крови. А значит, должен знать эльфийский.

Нетрудно было догадаться, что там написано, для этого даже не обязательно знать язык. «Осторожно, гномьи ловушки!» Уж знак восклицания-то я вижу.

— Велена, — шепнул я.

Вдруг проснулась, и поможет мне прочитать? Нет, ведьма явно оффлайн.

Так, Грецкий, хватит уже сиськи мять, давай спускаться.

— Спасибо за предупреждение, — шепнул я, глядя на стену, — Но я и сам всё вижу.

Пройти оказалось довольно легко, но я всё же успел понервничать в узких местах. Поэтому, преодолев смертоносный виток, с огромным облегчением я вышел в начало длинного коридора, пол которого темнел здоровой обычностью. Никаких ловушек!

По краям двери, явно темницы для вип-гостей. Для сильных вип-гостей, судя клёпанным железным створкам. Значит, где-то тут и скрывается ведьма.

Конец коридора не вижу, «ночное зрение» так далеко не дотягивается, но… О-о-о, это ощущение я уже испытывал!

Из тёмной глубины веяло могильным холодом, который буквально пробирал до мурашек и, казалось, вытягивал через кожу ярь, крупица за крупицей. И чем больше я всматривался в эту темноту, тем больше накатывал животный страх — назад, убегать отсюда, уносить ноги! Грецкий, ты сдурел⁈ Ты уже должен быть далеко отсюда!

Да, там, в дальнем конце коридора, находился Чёрный Омут. Если уже отсюда так пробирает, значит, он даже мощнее того, который я с трудом зарубил в особняке матушки.

«Велена!» — мысленно позвал я. Да чтоб тебя, Первородная! Когда нужна, она дрыхнет.

Я прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от излучения Чёрного Омута. Его нет, всё, Борис, успокойся. Открыв глаза, я уже старался не смотреть в конец коридора, поэтому следующие несколько шагов дались легче.

Теперь я с интересом рассматривал надписи на железных дверях — выполнены они были всё той же орочьей варью, ярко сияющей. Что тут написано, имена? Попробую посмотреть здесь.

Дверь я не открыл, потому что в темноте коридора послышался шорох… Я тут же уловил движение, сделал шаг назад и сразу поднял меч. На всякий случай достал бутылёк с ночным зрением и отхлебнул ещё. Эманация страха от далёкого Чёрного Омута накладывалась на все мои волнения, и я судорожно сглотнул, гадая, кто это ходит по коридору.

Вот в поле моего зрения вышел эльф… Длинные волосы стянуты в хвост, одет просто, тело прикрыто кожаными латками. В руках гнутый изящный меч.

У него был странный взгляд — эльф не смотрел прямо на меня, а чуть сдвинул голову и будто бы прислушивался. В красной бликующей темноте его неподвижные зрачки выглядели зловеще.