Одетых, как и Алина, в гражданское платье всего трое. Правда, при этом они не отказали себе в удовольствии выглядеть обворожительно, чем заслужили неодобрение Якиной Марии. Сама сержант была в мундире, хотя могла себе позволить куда больше иных. А еще она была красива. И если честно, без разницы, во что ее одевать, хоть в рубище, это ничуть не умалит ее прелести.

На Алину она все же озлилась не так сильно. Вероятно, причина в том, что Дробышева как раз была одета скромно и, по мнению многих, проигрывала даже обряженным в мундир. А вот надень она свое любимое зеленое… Н-да.

Алина пристроилась за небольшим столиком у открытого проема с видом на Спас на Крови. До храма не больше полукилометра. «Крыша» располагалась выше соседних зданий, а потому виден он просто отлично. Панорама завораживала. Она даже пожалела, что оказалась здесь в свой первый и последний раз.

– Здравствуй, Алина. Можно к тебе подсесть? – обратилась подошедшая Травина.

– Конечно, присаживайся, Таня.

– У меня к тебе просьба. Ты мне не поможешь разобраться со всеми этими столовыми предметами? – смущенно попросила девушка.

– Ты ведь посещала занятия по этикету, – удивилась Дробышева.

Ни о каких точных науках или механике в их обучении пока речи не шло. Только уставы, строевая, боевая и… Да-да, этикет и танцы. Причина все в том же наборе юнкеров из различных слоев общества. И у мальчиков было все то же самое.

– Посещала. Да только у меня все из головы выскочило, – вздохнула Травина.

– Понятно. Тогда для начала успокойся. Посещение ресторана – это не столь уж знаменательное событие.

– Это для вас, дворян, ничего особенного. Вам что в ресторан сходить, что походя девичью честь разменять, – несколько резковато произнесла Травина.

– О чем ты?

– А то ты не понимаешь? – заливаясь краской, вопросом на вопрос ответила девушка.

– Нет, то, что ты о традиции Павловского училища, я как раз понимаю. Но с чего ты взяла, что для дворянок это так же просто, как высморкаться?

– А разве нет? – явно нервничая, едва не огрызнулась Татьяна.

– Нет, конечно, – пожала плечиками Алина. – К примеру, я сегодня не собираюсь доводить до этого. Посижу немного и уйду. Я понимаю, что армия сильна своими традициями, но не собираюсь слепо следовать им.

– И что будешь делать, если попадешь в плен?

– Можно подумать, если я сейчас раздвину ноги перед первым встречным, это поможет мне в трудную минуту, – сморщила носик Алина.

– Нет, разумеется. Но хотя бы узнаешь, каково оно, когда…

– Не знаю, как ты, Танюша, но лично я предпочту иметь при себе пистолет с двумя патронами, чтобы застрелиться.

– А почему с двумя? Боишься промахнуться? – нервно хохотнула Травина.

– Промахнуться я не боюсь, а вот осечка случиться может, – совершенно серьезно ответила Алина.

– Якина со свету сживет. Она так яро отстаивает традиции, – угрюмо и с явным сомнением произнесла Травина.

– Меня ничуть не заботит мнение Марии. Есть традиции, не лишенные смысла, способствующие преемственности поколений, повышению морального и воинского духа.