Мы заглянули в темные сени. Там пахло пылью и старым деревом. Я сосредоточилась, пытаясь хоть что-то услышать, но никого поблизости не обнаружила. Кругом все было ветхо, старо и обыденно. Обычный брошенный дом безо всякой тайны. Страх у меня совсем прошел. На плохое место эта гниющая старая барская изба никак не походила.

    -  Ты оставайся здесь, - сказал Семен, - я схожу, посмотрю, что там внутри.

    -  Лучше, пойдем вместе. Только там совсем темно, нам нужен свет, - ответила я.

    -  Ничего, я хорошо вижу в темноте, давай руку и смотри под ноги, - сказал он, и потянул меня за собой.

    Я попробовала хоть что-нибудь рассмотреть, ничего не увидела и пошла следом за ним, пробуя перед собой пол ногами. Мы миновали темные сени и оказались в очень большой светлице. Здесь от лунного света попадавшего в окошки было не так темно, как в сенях и я разглядела длинный стол, тянущийся от стены до стены и лавки вдоль него. На стенах висели головы каких-то диких животных. Никаких людей здесь не было.

    -  Ишь ты, смотри, кабаньи и оленьи головы, - сказал Семен, обходя комнату вдоль стены. - Не иначе как здесь раньше жили охотники.

    Я ничего не ответила, пытаясь услышать Алексея Григорьевича. Но в голове было пусто и тихо, я не слышала даже то, что думает Семен. Все-таки с этой избой все было не так-то просто. Я увидела широкую лестнице и позвала Семена:

    -  Давай поднимемся наверх. Может быть, хоть там кто-нибудь есть.

    Он согласился, вернулся ко мне, но в этот момент, кто-то легко коснулся моего плеча. Я вскрикнула, и резво обернулась. За спиной никого не оказалось.

    -  Ты это что? - спросил Семен и вдруг сам ругнулся, подскочил, как ужаленный и спросил. - Это что было?

    -  Не знаю, - ответила я, от испуга, прижимаясь спиной к стене. - Кто-то до меня дотронулся!

    -  До меня тоже! - дрогнув голосом, сказал он.

    Первым порывом было бежать отсюда без оглядки, но я подумала, что если мы сейчас уйдем, то я так ничего и не узнаю об Алеше.

    -  Ты иди, а я остаюсь, пока ничего страшного не происходит! - тихо сказала я, стараясь унять дрожь в ногах.

    -  Ну, ты даешь! - воскликнул он и тоже остался на месте. - Слышишь?

    Где-то наверху раздался тонкий крик, напоминающий плач ребенка. Мы и так были сильно напуганы, и теперь невесть откуда взявшийся в пустом доме младенец заставил до боли сжаться сердце.

    -  Будь оно все проклято, - прошептал, пятясь к дверям, подмастерье и начал осенять себя крестными знаменьями.

    Не знаю, почему, но на меня напало упрямство и я, вместо того чтобы пойти за ним, бросилась по лестнице наверх. Опять кто-то тронул меня сзади, но я даже не обернулась.

    -  Алевтина, ты куда? - крикнул уже от дверей Семен. - Пошли отсюда, здесь нечисто!

    -  Подожди меня во дворе! - ответила я уже сверху.

    Лестница вывела меня в длинные сени или, как правильнее говорить, в коридор. В конце его виднелось распахнутое окно. Я пошла по коридору в самый его конец, по пути заглядывая в горницы. Все они были пусты. Здесь, как и внизу, никого и ничего не было.

    Думаю, что в таком большом доме были тайные углы, в которых можно было спрятаться, но отыскать их без света я не могла, и вернулась в нижнюю светлицу. Семен меня не бросил, ждал возле дверей и беспрерывно крестился. Лишь только я спустилась с лестницы, как наверху опять заплакал младенец.