-  Ладно, подожду, у меня дело неспешное, - сказал Иван. - Я слышал, вас с их благородием можно поздравить со свадьбой!

    -  Можно, - уныло ответила я.

    Говорить нам больше было не о чем, но и идти оказалось некуда. Наверное, потому мы оба продолжали стоять друг против друга.

    -  Ты, я смотрю, не очень весела, - удивился Иван. - Их благородие человек хороший, зря не обидит!

    Я посмотрела ему в лицо, говорил он серьезно, без насмешки, однако при этом почему-то ничего не думал. За последнее время я уже так привыкла, слышать чужие мысли, что теперь, когда их у собеседника почему-то не оказалось, удивилась.

    -  Я Алексея Григорьевича не боюсь, - сказала я. - Мне другое не нравится, теперь люди меня, пожалуй, станут осуждать, скажут, вот мол, простая крестьянка, а вышла за благородного!

    Сказала я это нарочно, захотела узнать, что он обо мне думает. Но опять не услышала ни одной его мысли.

    -  Нашла о чем тужить! - вдруг засмеялся беглый солдат. - Теперь о тебе не то, что будут плохо думать, еще, пожалуй, начнут ненавидеть. Кому же чужое счастье приятно! Вот будь ты убогой, больной и нищей, то, пожалуй, и пожалели бы.

    Я удивленно посмотрела на Ивана. Он говорил умные слова, но в его голове по-прежнему не было ни одной мысли. Тогда я испугалась, и подумала, что от недавнего внезапного гнева потеряла свой дар и попыталась настроиться на Алешу. Но все оказалось в порядке. Он обсуждал с поручиком какие-то условия.

    -  А ты кто? - почти не соображая, что говорю, спросила я Ивана.

    Солдата вопрос, похоже, не удивил. Он посмотрел мне прямо в глаза и ответил:

    -  Так, простой прохожий. Твой муж меня давеча из большой беды выручил. Да, ты и сама знаешь…

    -  Знаю, - покопавшись в Алешиной памяти, подтвердила я. - Про то, что у вас с ним было в том плохом месте, я все знаю, меня другое интересует…

    Я замялась, не зная как правильно спросить, почему я не слышу, о чем он думает. Иван вопросительно на меня смотрел, не понимая, что мне от него нужно.

    -  Если ты хотела спросить о том, женат ли я, - понимающе сказал он, - то не женат, но у меня есть невеста.

    -  Ну, тогда все ясно, - с облегчением, проговорила я. - Именно это я и хотела узнать.

    Больше разговаривать нам было не о чем, но оба продолжали стоять на месте. Иван внимательно меня рассматривал, но делал это не нахально, а доброжелательно. Он мне тоже понравился, спокойный, крепкого телосложения, с хорошим простым лицом. Я подумала, что он и правда похож на бывалого солдата.

    -  Надолго у твоего поручик? - спросил он меня, и я сбилась с мысли.

    -  Поручик! - повторила я за ним, и опять у меня в груди стало пусто от незаслуженной обиды. - Не знаю, может быть, он пришел лечиться, - нерешительно сказала я, уже влезая в разговор, который проходил в нашей комнате. То, что там происходило, меня напугало. Поручик вызывал Алешу на дуэль. Сначала я не сообразила, что это такое, но чем дольше слушала их разговор и Алешины мысли, тем тревожнее мне делалось.

    -  Ты, это чего, Алевтина? - с тревогой спросил Иван. - Что случилось?

    -  Ничего. Этот поручик, - начала я и не договорила. - Прости, Иван, мне нужно срочно идти!

    -  Ты куда, что стряслось? - крикнул он мне вслед, но я не ответила и почти бегом вернулась в дом.

    Когда я вошла в комнату, гостя там уже не было, а был один Алеша, причем, очень злой.