Парень тяжко вздохнул, но за глобусом всё же потянулся. К счастью, тот оказался совсем не тяжёлым, видимо, был полым внутри. Хоть и с большим трудом, но удалось засунуть его в мешок.

— Этого не было, — задумчиво произнёс чёрт, — когда меня поместили сюда, глобуса на столе не было, а потом, когда я освободился, он стоял здесь. Почему? Кто его поставил? И зачем?

— Потом выясним, — я махнул рукой, — пойдём отсюда.

Глава двенадцатая

Обратная дорога, в целом, не заслуживает отдельного рассказа. Мы шли без остановок почти сутки. Шли по главной дороге, а группы упырей и магов, голов по сто в каждой, уступали нам дорогу. Упыри, понятно, ни о чём не думали, а вот маги и ведьмы, смотрели с нескрываемым удивлением. Странно им было видеть своего повелителя в компании врагов. Теперь, когда его воля исчезнет, неизбежно начнутся брожения и соперничество за пост нового лидера.

Да и подпитка людьми будет. Похищать крестьян, чтобы делать из них зомби, они вряд ли станут теперь это им не нужно. Зато всегда будут те, кто не против запродать душу, чтобы разделаться с соседом, или разбогатеть, или заполучить любимую женщину, такие уже есть и будут появляться впредь. Чёрт был прав, не мытьём, так катаньем, но весь остров в итоге окажется под ними. Потом они захватят первый же корабль контрабандистов и выйдут в мир.

Перспективы невесёлые, а единственный, кто может этому помешать, отнюдь не настроен на сотрудничество. Он просто идёт рядом, всё более погружаясь в прострацию. Пролюбил возможность самому стать богом, теперь довольствуется тем, что вернул магию в мир.

Крепость встретила нас завесой удушливого дыма. Нужно было утилизировать убитых врагов с прошлой и новой битвы. Неизвестно, где они так быстро достали груды дров, но их хватило, чтобы очистить все подступы к крепости. Тела, целые и фрагментированные, были сложены штабелем на настил из тонких брёвен, сверху их засыпали углём, сверху снова положили брёвна, на которые положили следующий слой трупов. И так в четыре слоя. Сейчас группа солдат с факелами поджигала подобные костры один за другим. Горело хорошо, чёрный дым при почти полном отсутствии ветра поднимался столбом в небо. Через несколько часов здесь останутся только большие кучи пепла, которые смоет первым дождём.

Ворота крепости нам открыли с большой задержкой, и то, только после того, как Фукс и Балтазар вышли на стену и отдали солдатам соответствующий приказ. Наличие в отряде персонажа с характерной внешностью дьявола наводило солдат на разные нехорошие мысли. Но, как бы то ни было, а вёл он себя смирно, войдя в крепость, вежливо поздоровался с архонтом, назвав его по имени и слегка поклонившись. Балтазар так же вежливо ответил и поинтересовался:

— К сожалению, не знаю вашего имени, как к вам обращаться?

— Обычно говорят, — начал объяснять чёрт, — что моё имя нельзя произносить. Это не так. Чьё-либо имя не яляется заклинанием и никому ничем навредить не может. Дело в другом. Я появился тогда, когда никому из разумных существ ещё не приходило в голову, что нужно как-то называться. Нас было немного, мы даже в общении обходились без слов. Потом нам придумывали имена люди и… другие существа. Эти имена они писали на алтарях, произносили в своих молитвах, кое-кто из нас даже решил, что будет носить это имя, но мне ни одно не понравилось. Называйте поэтому так, как вам будет удобно.

— Я буду звать тебя Фёдор, — первым нашёлся я, — есть возражения?

— Фё-дор, — произнёс чёрт, словно пробуя имя на вкус, — мне нравится, пусть будет так.

Так, новоявленный чёрт Фёдор отправился на беседу с архонтом, а мы, с чувством выполненного долга разошлись. В казарме, которая стала нашим домом, все попадали на кровати и забылись сном.