Блестящие розовые губы изогнулись в обольстительной улыбке.

— Ты ведь тоже соскучилась по мне, маленькая гейша? Я могу подарить тебе фотографию, чтобы всякий раз, когда ты на неё смотрела, ты вспоминала обо мне.

По каким-то причинам комментарий привёл Аннабель в ярость. Она выхватила кинжалы и всадила прямо в грудь женщины.

— Я предпочитаю фотографию такого плана, — рявкнула Аннабель. — Ты ещё не передумала?

Женщина закричала от боли и шока... и разразилась потоком проклятий и брани, заканчивающимся словами: "я тебя убью!".

Некоторые из танцевавших заметили происходящее и с криками бросились к двери. Другие продолжали танцевать.

— Ты этого не сделаешь, — отрезал Захариил.

Женщина стиснула зубы и резким движением выдернула окровавленные кинжалы.

— Приглядывай за своей зверушкой, ангел.

— В отличие от тебя, демон, я не прикрываюсь людьми. — И если бы Божество решило наказать Аннабель за эти действия, Захариил принял бы её наказание на себя.

Забавно. Ещё совсем недавно его раздражала подобная необходимость. А ещё забавнее казалось то, что теперь он был готов — и даже с радостью — сделать это.

— Мне так жаль, — пробормотала Аннабель. — Мной овладел гнев.

Захариил взял её за руку и сжал.

— Из-за витающего в воздухе демонического воздействия это легко объяснимо, но следи за своими эмоциями.

— Довольно! — крикнула демоница. Её глаза теперь стали абсолютно красными. Понятное дело, она не рассчитывала, что на неё так быстро перестанут обращать внимание. — За мной. — С этими словами она заставила их двигаться через клуб, и самодовольно оглянувшись через плечо, продолжила: — Не надейтесь, что Бремя окажется столь же любезным, что и я.

Глава 18

Во время путешествия до главного офиса Аннабель изо всех сил пыталась сохранять невозмутимость. Втроём они поднялись по винтовой лестнице и пересекли зал для особых гостей. Аннабель заставляла себя высоко держать голову, даже когда люди прекращали свои занятия — трахаться, нюхать кокаин, колоть в вены всякую дрянь, — чтобы впиться в них с Захариилом любопытным взглядом. Должно быть, как говорил ангел, на их плечах сидели демоны, но она не видела их.

Наконец, когда они оказались в похожем на некий рай помещении, её самообладанию выпало новое испытание. Всё казалось таким нормальным, но где-то в глубине души Аннабель понимала, что что-то здесь не так. Просторная комната с белыми стенами и белым ворсовым ковром с чёрными, вводящими в гипноз квадратиками. Позади стола в форме полумесяца выстроились книжные полки. В центре трёхъярусного потолка висела люстра.

Мило, да? Но за столом сидел златовласый мужчина за тридцать, над головой которого на несколько дюймов возвышалась спинка кожаного кресла, на котором он восседал — ну прямо в стиле доктора Зло. Он был худощав, даже как-то болезненно тонок, но поза говорила сама за себя. Локтями он упирался в подлокотники, сцепленные пальцы покоились у рта. Однако даже это не могло скрыть исходящую от него жестокость, пронизывающую воздух помещения.

Кто это? Последняя преграда перед встречей с демоном?

У мужчины были голубые глаза — более тёмного оттенка, чем у Аннабель, — опушённые каштановыми, переходящими на кончиках в золотистый, ресницами. На челюсти проглядывалась лёгкая небритость. Он был в тёмно-синем костюме в тонкую полоску, и от него веяло деньгами, мускусом и алкоголем.

Позади мужчины, одетые в майки и кожаные штаны, с выжидательными выражениями лиц стояли два охранника.