— Вижу, как всегда нетерпелив. Честно говоря... — он усмехнулся своим словам, — ...я немного удивлён, что вы пришли. Ты должен был догадаться, что я не выполню свою часть сделки и не верну Джамилу.

Захариил спокойно смотрел на него.

— Это само собой разумеется.

— И почему же ты всё-таки здесь, ангел? — спросил Бремя.

— Я отвечу, когда ты покажешь доказательства того, что Джамила всё ещё жива.

Бремя вздрогнул, уловив оттенок искренности в словах ангела.

— Некоторые вещи не меняются. Приятно знать, что ты столь же подозрителен, сколь и нетерпелив.

— А ты в свою очередь столь же ненадёжен, сколь и отвратителен.

Демон в знак признания склонил голову, словно получил комплимент.

— Спасибо. Но почему бы мне тебя не удивить? Я предоставлю тебе доказательства, — сказал он, — но сперва ты пообещаешь, что никаких других ангелов-воинов нет в здании и поблизости.

У него по всему периметру стояла охрана, и ещё камеры. Ответ был ему известен.

— Почему он должен поверить тебе, если ты уже признался, что лжёшь? — встряла Аннабель.

Бремя рассмеялся.

— Умная девочка. Но ангел мне верит, потому что может распознать правду.

Захариил провёл языком по зубам.

— Могу. И согласен на твои условия. Моих ангелов нет поблизости.

— Есть какие-то другие ангелы?

— Нет. Я единственный ангел, с которым тебе придётся иметь дело.

Бремя скривил губы, обдумал услышанное, затем кивнул.

— Это несколько печально. Я полагал, что могущественный Захариил хотя бы попытается бороться. Теперь меня терзают сомнения. Почему же ты согласился? Ты знал, что не можешь спасти Джамилу, и знал, что подвергаешь опасности человека, приведя её сюда.

— И согласно нашему договору, я не обязан тебе отвечать.

— Верно, но я должен был попытаться, ты же понимаешь. — Демон наклонился вперёд и упёрся локтями в стол. — Вот что сейчас произойдёт. Я покажу тебе твоего драгоценного ангела, как и договорились. А затем ты либо покидаешь мой клуб безо всякого кровопролития, либо остаёшься и наслаждаешься зрелищем того, как мы с ребятами развлекаемся с твоей человечишкой.

Захариил улыбнулся, но от его улыбки мороз пробежал по коже, настолько она была угрожающей.

— Ты действительно уверен, что ты, твои люди, даже армия людей, способны остановить меня?

— Может да, может и нет, но Джамила умрёт, пока мы будем драться.

Захариил беззаботно пожал плечами.

— Покажи мне то, что обещал.

Бремя ввёл несколько паролей на компьютере и сделал паузу. Его глаза горели удовлетворением.

— Уверен, что хочешь это видеть?

Если Захариил и услышал недоброе в вопросе демона, он не показал виду.

— Да.

Бремя развернул монитор.

Колени Аннабель едва не подкосились от увиденного на экране. О, милосердие, это изображение... Джамила была привязана к кровати, животом к окровавленному и усыпанному перьями матрасу. Её спина была искалечена — сплошное месиво из разорванных мускулов и искалеченной плоти.

Как и обещал Бремя, она была жива, но кто-то отрезал ей крылья.

— Она кричала, — сказал Бремя и довольный собой развернул монитор обратно. — Наверное, я позволю ей исцелиться и дождусь, когда отрастут её крылья, чтобы снова их отрезать. А потом ещё раз.

О, нет. Нет, нет. Нет! Аннабель была на месте Джамилы и знала, что такое принуждение. Она не допустит, чтобы с подопечной Захариила произошло то же самое.

— Ты заплатишь за это, — сказала она. — Где она? Говори. Сейчас же!

Проигнорировав её, демон обратился к Захариилу:

— Всегда приятно иметь с тобой дело, Захариил, но, мне кажется, условия нашего договора выполнены.