— За сегодняшний день я уже узнал, — продолжал, обращаясь к Исабель, Фернандо, — что ты была у доктора Вилья, что у тебя есть какие-то новости и что ты веришь в народные обряды и приметы. Ну а если ты веришь, то и я готов поверить. Ни один член семьи Салиносов против этого возражать не будет. Но я уже устал ждать. На ваши разговоры я даю еще ровно десять минут, иначе я вышибу эту дверь.

Фернандо круто развернулся, чтобы уйти, но передумал. Он хитро прищурился и подошел к Исабель, обнял ее. Исабель слегка отстранилась от него.

— Да ты пьян, Фернандо! — сказала она.

— Как ты красива! — не обращая внимания на ее слова, воскликнул Фернандо. — Любовь моя, не прихорашивайся, ты и так прекрасна! Если вам, женщинам, нужно поговорить о суевериях, то пожалуйста! Но только десять минут.

— Хорошо, дорогой! — сказала Исабель. — Спускайся вниз, я скоро последую за тобой.

— Я жду тебя, — еще раз напомнил Фернандо.

— Ну конечно, — заверила его Исабель.

Когда Фернандо вышел, Бернарда, встряхнув Исабель за плечи, строго потребовала:

— Ты ни в коем случае не должна говорить ему правду! Никогда, понимаешь?

— Я, по-твоему, опять должна лгать?

— Исабель, — умоляюще заговорила Бернарда. — Ты ведь уже солгала однажды, когда скрыла, кто твоя настоящая мать. Теперь тебе придется продолжать лгать, если ты не хочешь, чтобы этот замок рухнул и похоронил тебя под своими руинами. Прошу тебя, пойми меня правильно, ты никогда об этом не пожалеешь.

— Да перестань, Бернарда! — прокричала Исабель. — Мой воздушный замок уже давно рухнул. Все мои надежды истлели вместе с ожиданием ребенка. Ну как ты не понимаешь, что мне и без того больно. Ведь я никогда не буду матерью. У меня никогда не будет детей, ты понимаешь?

— Я все понимаю, дочка. — Бернарда говорила тихим, но твердым голосом. — Я понимаю даже больше, чем ты думаешь. Тебе придется выслушать меня, и ты сделаешь то, что я тебе скажу. Ты никогда не была и не будешь матерью, а я ею являюсь. Во мне твоя жизнь и твое спасение. Я знаю, что ты будешь умницей. Кто смог выдержать Герреро — выдержит и это. Они отличаются, но обе нужны для твоего счастья.

Исабель разочарованно взмахнула рукой.

— Цена этого счастья растет с каждым днем!

Бернарда прищурилась и внимательно посмотрела на дочь. Ей показалось, что Исабель смеется над ее словами.

— Мне ли этого не знать, дочка? Я начала платить за это счастье еще там, на Сицилии, почти тридцать лет тому назад. И я никогда не отступлюсь от своих слов и поступков. Мне и тебе не на кого надеяться. Пусть теперь он будет бесплоден!

— Кто? — спросила удивленно Исабель.

— Фернандо — бесплоден и виновен. Пусть возьмет на себя этот грех.

— Что ты такое говоришь, Бернарда?!

— Да. Ты никогда не скажешь об этом прямо, Исабель. Фернандо должен сам догадаться, что это он не в состоянии зачать ребенка.

— Но как же он догадается?

— Не волнуйся, я обо всем позабочусь. Только не забудь, Исабель: ему должны будут сделать анализы и их результаты должны неопровержимо доказать, что бесплоден он, а не ты.

— Бернарда, ты сошла с ума!

— Нет. Я знаю, что говорю. А вот что касается тебя, то ты должна заучить как молитву: никогда и нигде не говори о своем бесплодии! Это Фернандо физически не способен иметь детей, и с этого момента он виновен. Природа не дала ему счастья продолжить свой род — вот истинная правда, начиная с этого момента.