— Я за деньгами не гонюсь, — отреагировал уязвленный бессребреник. — Главное, чтобы было интересно.

— Это я вам гарантирую. — Незнакомец закурил, подождал, когда пролязгает по рельсам очередной трамвай, и доверился наивному студенту: — Я хочу собрать коллекцию картин. Меня интересует группа «Мир искусства»: Бенуа, Сомов, Лансере, Бакст, Кустодиев, Борисов-Мусатов и другие. Мне сказали, что этой группе будет посвящена ваша дипломная работа. Как видите, наши интересы совпадают.

— А как же вы их намерены собирать? — заморгал ресницами Гена.

— «Мирискусники» разбросаны по всей России. В частных коллекциях, в провинциальных музеях. Судя по всему, многим из этих музеев не долго осталось жить. Дело идет к капитализму, а значит, к самоокупаемости. Поэтому надо торопиться, а то разграбят. В нашей стране это практиковалось во все времена. Короче, два месяца интенсивной практики вам обеспечены. Расходы беру на себя. И с каждой приобретенной картины, рисунка или эскиза вы будете иметь свой процент.

— Надо подумать, — не торопился с ответом Балуев. По правде говоря, он принимал собеседника за сумасшедшего. В его социалистическом сознании еще не укладывалось, что в нашей стране могут существовать такие богатые люди и что у них могут быть такие неправдоподобные намерения. Откуда ему было знать, что перед ним владелец первого в городе частного ювелирного магазина? Об этом было известно немногим.

— У меня уже кое-что есть, — ошарашил тот. — Не хотите взглянуть? Я живу тут рядом, за углом.

— Прямо сейчас?

— Если вы никуда не торопитесь.

Гене нужно было бежать на лекцию, но ему предлагали взглянуть на «мирискусников», и не где-нибудь в Питере или Москве, а тут рядом, за углом.

Мишкольц в те времена имел две огромные комнаты в сталинской коммуналке. И комнаты и то, как они были обставлены, поразило не избалованного роскошью студента, не говоря уже о самом предмете, приведшем его сюда.

— Это только начало. Пейзаж Бенуа и пара рисунков Бакста.

Что он испытал тогда, передать невозможно. Он мог потрогать руками настоящие произведения искусства.

— Где вы их взяли? — спросил ошарашенный студент

Мишкольц улыбнулся его наивности и серьезно ответил:

— Купил. В нашем городе. У частного коллекционера. Вам нравится мой выбор?

— Это здорово!

— Это только начало, — повторил коллекционер. — Летом я намерен вплотную заняться скупкой картин, но мне нужен помощник, потому что у меня недостаточно времени. Человек, на которого я мог бы целиком и полностью положиться. Так что решайте. Вакансия пока свободна.

— Я согласен…

Владимир Евгеньевич до утра проспал в своем кабинете. Его разбудил телефон.

— А вот и я! — услышал он знакомый голос, и от сердца отлегло.

— А я уже собирался обзванивать морги, — грустно пошутил магнат.

— Рано меня хоронить, Вова. Ты как?

— В полном порядке. А ты?

— Кажется, побывал на том свете.

— И как там?

— Темно, как в заднице у негра.

— Ясно. Откуда звонишь?

— От одного приятеля.

— Помощь нужна?

— Уже нет.

— Кто этот приятель? — осторожно поинтересовался Мишкольц.

— Миша Гольдмах, владелец игровых автоматов.

3

Круглолицый Жигулин расхаживал взад-вперед по знаменитому кабинету с антикварными безделушками и бросал на Гольдмаха злые взгляды.