— Запомни, Пенг, — сказал я, наклонившись к шипящему от боли парню, — в школе Цюань есть ученики, которых надо обходить стороной. И я сейчас не о борцах говорю.

Быстрое движение, и я вновь опираюсь на костыль, а Пенг отскочил от меня на добрых полтора метра и уставился диким взглядом, потирая руку.

— Вы что тут устроили, а? — Двое воспитателей подбежали к нам. Один — мой старый знакомый — держал наготове шокер.

— Я костыль уронил. Пенг мне его подал. Никаких драк, уважаемые. Пенг ведь не стал бы кидаться на человека со сломанной ногой.

Воспитатели с сомнением смотрели то на меня, то на Пенга. Ученики молчали, Пенг — тоже. Я усмехнулся. Да уж, мало чести — признать, что тебя чуть не отделал парень на костыле.

— Да, всё нормально, — буркнул Пенг.

— Обоим по предупреждению, — решил другой воспитатель, без шокера.

Пожав плечами, я развернулся и поковылял дальше. Ниу молча шла рядом со мной.

Зряшная выходка. Но, может, теперь остальные задумаются. Все эти злобные взгляды останутся взглядами. Может быть, и удастся избежать взрыва…

Но удар пришёл оттуда, откуда я его не ждал.

Рабочий день подходил к концу. Я был в столовой, протирал столы после ужина, неподалёку Ниу и остальные девчонки занимались тем же самым. И вдруг дверь распахнулась. Вошли двое воспитателей.

— Лей! — раскатился по столовой окрик. — На выход!

Я оставил тряпку, повернулся. Бросил быстрый взгляд на Ниу, она ответила мне взглядом, полным ужаса. Воспитатели двигались ко мне, как хищники, почуявшие добычу.

— Что он сделал? — воскликнула Ниу.

— Работай. Не отвлекайся, — ответили ей.

В спину мне ткнулась дубинка:

— Пошёл!

— Куда? — Я двинулся к выходу.

— В свою норку, мышонок, — усмехнулся воспитатель с шокером. — Запасливый мышонок.

Глава 27. Процедурный кабинет

Меня втолкнули в мою комнату, и я оказался рядом с Тао.

— Вот он, — доложил воспитатель с шокером.

Моя кровать валялась кверху ногами, вентиляционная решётка была отвинчена и лежала на полу. От входа я видел горку таблеток, притаившуюся за ней.

Вот и всё, приплыли…

В комнате стояли двое воспитателей, один из которых вертел в руке отвёртку. Это я сразу отметил — знали, где и как искать. Но главным тут был — директор. В своём неизменном коричневом костюме-тройке, в круглых очках.

— Прекрасно, — сказал он. — Итак, давайте выясним, для начала, чья это койка. — Директор брезгливо пнул носком лакированной туфли ножку кровати.

— Моя — вон, — сказал Тао, ткнув пальцем в нетронутую койку. Складывалось впечатление, будто говорил это уже не в первый раз.

— Лей? — посмотрел на меня директор.

— Эта — моя, — кивнул я на перевёрнутую.

— Хорошо. Значит, и тайник — тоже твой. — Директор скорбно покачал головой.

— Нет.

Казалось, будто все даже дышать перестали и уставились на меня.

— Вот как? — Директор изобразил удивление. — Значит, ты хочешь сказать, что это Тао устроил тайник у тебя под кроватью?

— Нет. Я хочу сказать, что это — не мой тайник.

В эту минуту я вспоминал… Нет, не вспоминал. Скорее, чувствовал, что помню о сотнях допросов, в которых я стоял по другую сторону. Знал, что для предъявления обвинения нужно соблюсти немало тонкостей.