— Пойдёмте уже, — спокойно сказал Даниил; он стоял рядом со мной.

— Засада? — спросил я шёпотом.

— Да, но не на нас, — пояснил он, — гляди, они погибли в бою с теми, кто был возле пещеры.

Я посмотрел в ту сторону, куда он указывал, и увидел ещё несколько тел, возле самого входа в подземелье.

— Это враги? — догадался я, — переодетые разведчики?

— Да кто же теперь-то разберёт… — вздохнул Даниил, — всякое может быть. Ты же понимаешь, что командование не знает о том, что мы здесь. Нас могли хватиться, когда мы не прибыли вовремя…

— Но тогда здесь была бы засада на нас! — возразил я, — зачем им стрелять друг в друга? Выходит, здесь поджидали диверсанты?

— Сергей, — мягко сказал Даниил, — приказ о нашем захвате могли дать разные штабы. На нашей стороне.

Я ошарашенно замолчал.

— Я же сказал, что ты разрушил равновесие этого мира. Неясно, кто на какой стороне очнётся завтра.

Убрав руку с кобуры, я двинулся вслед за разведчиком, ко входу в пещеру.

Внутри стоял густой запах гари и… шашлыков. Это было так неожиданно, что я остановился, принюхиваясь.

— Ты… чувствуешь? — спросил я Алину.

— Горелое мясо, — ответила она.

И правда, пожалуй, гарь перебивала аппетитную составляющую запаха. Если шашлык и был — то явно передержанный на огне.

Я повёл лучом фонарика по пещере.

Погасших кострищ было множество; они располагались концентрическими кругами от центра, где был сложен самый большой костёр. Я направился к нему.

— Где был вход, когда ты появился здесь? — Даниил окликнул меня, — ты сможешь указать?

В его голосе было напряжение, резко контрастировавшее со спокойным тоном, каким он говорил там, снаружи, возле трупов.

Я оглянулся.

— Укажу, конечно, — ответил я.

И снова зашагал в центр пещеры.

— Это в центре, да? Где-то в полу? — продолжал Даниил.

— Нет, — ответил я, не оборачиваясь, — хочу посмотреть, что здесь было.

— У нас времени мало! — заметил разведчик.

— Что здесь произошло? — спросил я, проигнорировав его замечание.

Я снова обвёл фонариком пещеру. И теперь заметил, что все стены были покрыты странными символами, напоминающими руны. Некоторые из них были нанесены углями, некоторые — какой-то охряной субстанцией. Возможно, кровью.

В кострище было множество обгоревших скелетов.

Я сел на корточки, разглядывая ближайший. Когда-то это была птица, очень характерное строение. В центре груди — киль, длинные тонкие кости крыльев… их были десятки. Какие-то целые, некоторые — переломаны.

— Сергей, — я прямо физически ощущал, как Даниил заставляет говорить себя спокойно, — нам пора.

Я взглянул на Алину. Свет фонарика — не ахти какое освещение, но мне хватило, чтобы заметить в её глазах страх…

— Конечно, — ответил я, поднимаясь и отряхиваясь, — давай глянем.

Даниил широко улыбнулся.

— Всё-таки интересно, кто всё это устроил. Какой-то культ? Вроде того, что я видел там в Черноводье?

— А что ты видел? — заинтересованно спросил он.

— То ли поклонение, то ли благодарение… — я с деланым равнодушием пожал плечами.

— Чествование, — поправил Даниил.

— Точно, — согласился я.