— Точно, — согласился я.

— Разве есть что-то общее? — удивился разведчик.

— Там была такая огромная золотая статуя. Говорят, в ней когда-то сжигали животных и птиц.

— А, ну да. Слышал, — кивнул Даниил.

Я направился в сторону ближайшей стены, старательно обходя пятна кострищ, чтобы не наступить случайно на птичьи останки.

Возле стены я остановился, рассматривая руны. Они были нанесены совсем недавно. Я был прав: кое-где использовался уголь. А ещё, похоже, местная глина. И кровь — в этом тоже не было никаких сомнений. Возникало впечатление, что художник пробовал все возможные варианты комбинаций, будто подбирая шифр.

Я медленно двинулся вдоль стены. Даниил шёл рядом. Я чуть ли не физически чувствовал его нетерпение, но не спешил. Использовал время, чтобы обдумать ситуацию.

Совершенно точно — он что-то скрывает. Понять бы, чего он от меня хочет? Что именно, с его точки зрения, я должен сделать, чтобы открыть проход? И проход ли?..

Вариантов было слишком много. Поэтому ничего не оставалось делать, кроме как продолжать тянуть время и наблюдать за его реакцией.

Возле того места, где когда-то был лаз под потолком, через который я проник в этот мир, рун вроде бы становилось больше. И появилось ещё кое-что. Я не сразу сообразил, что это за параллельные бороздки на рыхлом камне. Потрогал ближайшие, протянув руку.

Точно. Это были следы человеческих ногтей. Словно кто-то царапал стену.

Я остановился, прислушиваясь.

— Что такое? — не выдержал Даниил, — чувствуешь что-то?

— Слышу, — ответил я, — вроде удары. Или скулёж… слышите?

Действительно, будто бы из-под земли долетали звуки ритмичных ударов, которые то и дело прерывались то ли человеческим плачем, то ли воем. Звук был тихим, точнее разобрать невозможно.

— Кажется, нет, — Даниил улыбнулся и пожал плечами, — тебе не могло показаться?

— Я вроде тоже слышу, — вмешалась Алина.

От меня не укрылся быстрый взгляд Даниила. Он глянул на Алину… с раздражением? Возможно. Но это было какое-то мгновение. Потом он снова взял себя в руки.

Я приложил палец к губам и поднял руку, весь обратившись в слух.

Через некоторое время я понял, что меня сбивало с толку. Источников этих странных звуков было несколько. Ближайший находился в углу пещеры, чуть дальше того места, где был лаз. Я направился туда.

Звук шёл из-под огромного валуна, который, очевидно, приволокли сюда недавно: на полу всё ещё оставались следы.

Я упёрся в камень плечом и попробовал сдвинуть его с места. Хоть и с трудом, но это получилось: валун подвинулся на несколько сантиметров.

— Подсобите-ка! — попросил я.

— Уверен? — осторожно спросил разведчик, — что, если там что-то опасное?

— Уверен, — кивнул я.

Тогда он подошёл и упёрся плечом в камень. Скривился, якобы от натуги — хотя я прекрасно чувствовал, что он не прилагает больших усилий. Алина встала рядом со мной, и её помощь была реально и ощутимой.

Рывком мы сдвинули камень. Отрылся провал, пробитый в полу пещеры. Не глубокий — может, мне по грудь. В нём бился оленёнок, издавая то ритмичный стук копытцами, то тихий стон.

Недолго думая, я спрыгнул в яму. Зверёк тут же прижался ко мне, дрожа всем телом. Я осторожно взял его двумя руками за туловище и вытащил наверх. Глянув на меня большими влажными глазами, оленёнок тут же умчался к выходу из пещеры.

— Я слышал про такое, — сказал я, вылезая из ямы, — кажется, это «приклады» называется.

— На нашей стороне такое не практиковалось, — Даниил пожал плечами, изобразив растерянность.

— Надо остальных достать, — я указал на похожий камень, который стоял чуть поодаль.