– По нам что‑нибудь есть?

Офицер поднял лежащую на столе сводку происшествий и ответил:

– Какая‑то темная история в виколо Гарибальди. Кто‑то позвонил в полициювроде бы, слышали выстрелы. Когда парни приехали туда, нашли горящую машину и двоих типов: один сгорел заживо, другого отправили в больницу.

– Выстрелы действительно были?

– Да.

– Когда это было?

– Час назад.

– Марио там?

– Да. Выехал вместе с патрульными.

Гольди отпил кофе и посмотрел на часы – было уже пять минут второго. Сегодня ночью от отдела по расследованию убийств дежурил Марио Протти. Парень он опытный, подумал комиссар, справится один.

– Больше ничего?

– Пока нет.

– Ладно. Тони сейчас оформляет одного типа. Посадите его в камеру и не спускайте с него глаз. Утром я буду допрашивать его лично,

– Что он сделал? – спросил офицер без видимого интереса.

– Покойников проворонил, – ответил комиссар и вышел из дежурки.

Оказавшись на улице, он подошел к автобусу. Умберто Скала сидел внутри машины с мрачным выражением на лице. Целлофановые пакеты с кусками человеческих тел лежали в проходе между ним и Эстебане. Инспектор старался не смотреть на лежащие у его ног пакеты – отвернувшись, он глядел в окно.

– Санти, ты как? – спросил Гольди.

– В порядке.

Эстебане мотнул головой, стиснув зубы. Похоже, сейчас он уже отошел от того, что увидел на кладбище, хотя соседство с пакетами его порядком нервировало. Гольди не замечал раньше, чтобы Санти отличался повышенной впечатлительностью. То, что случилось на кладбище, он мог объяснить только одним– их находка оказалась по‑настоящему неожиданной. И дикой.

– Тони сейчас отвезет тебя домой, – сказал он. – Дома у тебя есть мед?

– Да, – кивнул Эстебане.

– Выпьешь горячего чаю с медом и ложись спать. Завтра встанешь свежим.

Санти еще раз кивнул, не глядя на комиссара.

В этот момент из комиссариата вышел Ризо и, спустившись с крыльца, остановился у автобуса.

– Мы посадили его в отдельную камеру, комиссар.

– Одного?

– Да.

– Хорошо… Где машина?

– Во дворе.

– Давай, Санти, – сказал Гольди. – Приедешь домой, сразу сделай, как я сказал, и ложись спать.

– Ладно, – проворчал Эстебане.

Когда Тони Ризо и Санти Эстебане отправились в обход комиссариата к ждавшей их патрульной машине, комиссар добавил:

– Завтра жду вас обоих у себя в восемь.

Когда инспекторы скрылись за углом здания, Гольди сел за руль «фольксвагена», Скала закрыл дверь машины, и микроавтобус направился на север.

Спустя пять минут автомобиль остановился перед служебным входом городской больницы. Гольди и Скала вытащили из машины пакеты и понесли их на второй этаж здания, где находился кабинет доктора.

Когда Скала открыл дверь кабинета, они вошли внутрь. Доктор включил свет, Гольди выложил пакеты на стол, застеленный белой клеенкой. На левом конце стола лежали блестящие металлические инструменты в таких же блестящих подставниках. Скала вытащил из шкафа пару резиновых перчаток, включил стоящий на столе микротом и повернулся к Гольди.

– Будете присутствовать, комиссар?

– Нет, я все равно в этом ничего не понимаю. Объясните, когда будут результаты.

– Ладно. Можете пока подождать в соседней комнате. Там есть кресло и телевизор. Если хотите, сварите себе кофе.

Гольди кивнул и, толкнув дверь, оказался в маленькой комнате с креслом у окна.