|
— Я — первый на реке, — заявил Поликрат. — Если ты признаешь это, мы пойдем вместе, корабль к кораблю. — Ничего не имею против. — Значит, я — первый на реке, — постановил Поликрат. — Да, — с ожесточением повторил Рагнар Воскджар, — ты — первый на реке. 15 ВИКТОРИЯ — Все тихо, — сказал Клиоменес. Он стоял на причале Виктории, слева от режущей лопасти, к которой я был прикован. Якорные тросы все еще привязывались. — Все так, как я и ожидал, — произнес Поликрат рядом с ним. Пираты, сходящие с флагмана, пробегали мимо них. Я слышал шутки о женщинах Виктории, о том, как они будут угождать пиратам этой ночью. — Не звонит даже колокол тревоги, — добавил Реджинальд, бывший капитан «Тамиры». Другие корабли подходили к многочисленным пристаням, изрезавшим водную границу Виктории. Их привязывали к якорным столбам и друг к другу. — Несомненно, им следует выйти к нам с дарами и их дочерями — украшенными гирляндами и с песнями приветствия, чтобы задобрить нас, — сказал Каллистен. — Скоро их дочери будут носить только гирлянды из наших цепей, — заметил Клиоменес. Реджинальд засмеялся. — Они нас боятся, — произнес Поликрат. Я завертелся на лопасти и вновь почувствовал бегущую по спине кровь. Потом я ощутил острие меча, прижатого к моему боку. — Не двигайся, — сказал Поликрат. Я сжал кулаки. Веревки на моих руках и ногах были тугими и горячими. Я мог чувствовать, как вспотела и горела кожа под жесткими волокнами веревок. Я мог видеть голубое небо и белые облака. Над моей головой на ветру парила речная чайка. Я поморщился, чувствуя, как острие чуть глубже вошло в мой бок. Это был горианский клинок. Не требовалось сильного давления, чтобы проколоть тело человека насквозь. Связанный, я лег назад на лопасть и перестал дергаться. — Так лучше, — удовлетворенно сказал Поликрат. Я ощутил, как острие убралось от моего тела, и услышал, как меч вернули в ножны. — К несчастью, мы не встретили сопротивления, — проговорил Поликрат. — Если бы это случилось, как было бы приятно видеть тебя на режущей лопасти. Сегодня вечером, заковав тебя в цепи, возможно, мы позволим тебе подавать вино нашим новым рабыням, женщинам Виктории. А завтра мы, может быть, разрешим тебе вернуться на твой пост на режущей лопасти. Ты сможешь принять участие в маневрах, посвященных нашей победе. Я содрогнулся. Поликрат добавил: — Это было бы интересно. Затем я услышал, как он и с ним все остальные пошли дальше вдоль причала, прочь от корабля. Но некоторые на какое-то время отстали. — Все спокойно, — сказал Клиоменес. — Я надеялся, что будет сопротивление, — заметил Каллистен. — Виктория никогда не оказывала сопротивления, — возразил Клиоменес. — И теперь нет, — согласился Каллистен. — Люди затаились у себя в домах. — Но никогда еще не бывало так спокойно, — с тревогой сказал Клиоменес. — И никогда раньше, — проговорил Каллистен, — у трусов из Виктории не было таких оснований для страха. |
