Теперь я смог прочитать на его бейдже имя: Рожнов Севир Анатольевич. Стоит запомнить, в наше время не так-то уж просто спрятаться, так что я рано или поздно нанесу ему визит. Если, конечно, смогу выбраться отсюда и переживу заваруху, которая начнется в ближайшее время.

Доктор так и прошел мимо, уткнувшись в планшет, странно, что он вообще не свалился. Миновав его, мой проводник прибавил шагу. Похоже, что ему тоже хотелось свалить отсюда как можно скорее.

Кто же он все-таки такой? Впрочем, думаю, что скоро я это узнаю. Просто потому что я не поеду с ним никуда, пока он этого не расскажет. Пусть хоть убивает.

По лестнице мы спустились на два этажа, и пусть она шла и ниже, Джек подошел к двери, которая вела наружу, и приложил ладонь к считывающей панели.

Как я и предполагал, мы оказались на подземной парковке. Парень спокойно пошел по ней, не обращая ни на кого внимания. А вот мы наоборот привлекли его: на нас посмотрела группа СБшников, которые курили чуть в стороне. Я старался идти ровно, не сбиваясь с шага, чтобы не вызвать никаких подозрений. Когда проникаешь куда-то, то нужно действовать так же, как когда врешь: вести себя нарочито уверенно, будто ты полностью контролируешь ситуацию. Тогда тебе поверят.

Окликать нас не стали, проводили взглядами, а потом вернулись к разговору. Секунду спустя, послышался взрыв смеха. Обсуждали, кстати, женщин. Ну что ж, интересы у парней меняются, но женщины всегда будут одним из главных. И слава Богу, лучше уж так, чем если мужики начнут обсуждать других мужиков.

Мой проводник достал из кармана брелок и нажал на кнопку. Лада Людмила, что стояла чуть дальше, моргнула фарами и завелась. Он подошел к водительской двери, открыл ее, я тоже не преминул забраться внутрь. Мы оба пристегнулись.

— Почти, — проговорил он. — Последний пост остался.

Парень тронул машину, и повел ее в сторону выезда с парковки и скоро остановился у ворот. Опустил стекло, повернув голову к установленной на столбе камере, приложил ладонь к считывающей панели.

Прошло несколько секунд, и ворота стали открываться, отъезжать в сторону. Мой проводник поднял стекло, после чего тронул тачку, и выехал наружу. Оглядевшись, я понял, что мы находимся где-то в центре Новой Москвы: уж очень характерная тут была застройка. Не самый, конечно, где НМГУ и соборы, но не очень-то далеко.

Первые метров триста после поворота мы проехали спокойно, а потом парень стал постепенно разгонять машину. Подозреваю, что понимаю, что именно он чувствовал в тот момент: облегчение. Мы ведь оба рисковали, только вот меня, скорее всего, попытались бы вернуть обратно в палату, а его попросту убили бы.

После допроса. Или тоже кибердеку из головы вытащили бы, чтобы считать все.

Скоро мы выехали на проспект, и он прибавил скорости еще сильнее. Метнулся из ряда в ряд, объезжая две машины. Нам засигналили вслед, но он не обратил на это внимания.

А потом он свернул на узкую улочку, сбросив скорость, и поехал уже по ней. Я подумал, что пришло время узнать, кто он такой. И куда меня везет, что немаловажно. Я же не могу позволить тащить себя, словно козленочка на веревке.

— Притормози, — попросил я.

— Нужно ехать, — мотнул головой парень.

— Притормози, я сказал, — пришлось повторить. — Сперва я решу, хочу я сам ехать с тобой, или нет. Если не захочу, то не поеду. Хочешь на Библии поклянусь? Что хочешь со мной делай, но нет, не поеду.

Он нахмурился, но, тем не менее, повернул руль, выезжая на обочину. Припарковал тачку, но двигатель глушить не стал.

— Я из «РосИнКома», — сказал он. — Работал в «Когисофте» в качестве спящего агента. Три года. Сегодня мне приказали вытащить тебя и доставить в наш исследовательский центр.