Они явно боялись, после того, как увидели, что я сделал с их охраной. Но страх бывает двух видов: тот, что заставляет тебя бросаться вперед на врага, кромсать его ногтями и грызть зубами, и тот, от которого ты замираешь на месте. Это как-то избитое сравнение со спартанцами, которые кидали своих в клетку со львом и смотрели, покраснеет он или побелеет. Его еще все писатели подряд используют.

Эти были из тех, кто на льва броситься не готов. Впрочем, неудивительно, они ведь мозги, а не мускулы, и их никто не предупреждал, что в лабораторию может вломиться один человек и перебить всех охранников. А с учетом моего внешнего вида, они были уверены, что я вот-вот примусь за них.

— Кто старший?! — крикнул я и тут же повторил. — Кто из вас тут главный?!

— Он! Он! — указали на одного из ученых, мужчину с тронутыми сединой висками и обширной лысиной. Выглядел он как типичный безумный ученый из детских мультиков, разве что волосы не так сильно торчали.

Тот, на кого мне указали, попытался отойти назад, спрятаться в толпе, но его вытолкнули наружу. Что ж, это даже хорошо, значит, готовы сотрудничать.

Я схватил ученого за горло и резким движением принудил встать на колени. Сперва сдавил, перекрыв доступ воздуха, подержал так несколько секунд, а потом приотпустил, чтобы он мог хлебнуть немного.

— Подопытных вывозят в город! — прорычал я, ему в лицо. — Кто, зачем и для чего?

— Я ничего не знаю! — завопил он. — Я всего лишь обычный лаборант!

Я сдавил еще сильнее, и на этот раз подержал подольше. Глаза ученого вылезли из орбит, он напрасно хватал ртом воздух, но вдохнуть все равно не мог. Его лицо резко раскраснелось. Ну, пусть благодарит меня, что не посинело.

Ученые смотрели за пыткой, и не предпринимали никаких действий. Взамовыручка, похоже, у них была не в чести. А может быть, начальником он был надоедливым и въедливым, вот и не стал его никто выручать.

Хотя если бы навалились с разных сторон, то точно забили бы насмерть. Толпой дело нехитрое.

— Кто устраивал нападения в городе?! Говори!

— Я ничего не знаю, — уже прохрипел-пробулькал он.

Я снова принялся его душить. На этот раз подержу дольше, но не столько, чтобы вырубился. Нет уж, допрос надо проводить на месте, вывозить кого-то из Старой Москвы мне вовсе не улыбается. Заложники и пленные — это иногда только лишние нервы.

— Да расскажи ты ему все! — крикнул один из толпы. — Пусть он уйдет!

— Расскажи! — поддержали его.

— Кто устраивал нападения! — прорычал я еще раз.

— Это Исупов! — вдруг крикнули кто-то из ученых. — Исупов Игорь Алексеевич! Он руководитель проекта, мы здесь все ему подчиняемся.

Что ж, такое тоже работает. Любой из них ведь сейчас думает, что я могу в любой момент просто сломать шею этому профессору, и взяться уже за него. Страх — это власть. Собственно, на этом и на авторитете и держится власть бандитов, даже не на оружии.

— Зачем он отправлял психов в город?! — спросил я, обратившись уже к тому, что был готов говорить.

— Я не знаю! — ответил он. — Нам просто приходило сообщение: собрать группу. Охранники везли ее на место. Иногда они потом возвращали подопытных. Иногда нет.

— Он убивал других корпоратов! — крикнул я. — Сегодня пытались убить Ежевикина, руководителя какого-то отдела. Остальные пиджаки тоже работали в этом отделе. Зачем ему это надо? Думай!

— Ежевикин! — крикнул еще один. — Он перехватил у Исупова руководство проектом. Очень перспективным, если все выгорит, то попадет в совет директоров, как минимум.