Резаная рана шеи. Повреждение крупных сосудов. Смертельно опасное кровотечение. Смерть в течение одной минуты.

Кровь брызнула во все стороны, а я толкнул убитого бандита, заваливая его на землю.

Посмотрел на нож, на заляпанные кровью руки, рукава форменной куртки. И тут я осознал, что чувствую какое-то удовлетворение. Да, эти уроды не сделали конкретно мне ничего плохого, пусть они и мелкие бандиты, но они думали, что круты, а я оказался круче. К тому же они хотели изнасиловать девушку, которая заведомо гораздо слабее, чем они. Не знаю, заслуживали ли они жизни или нет, это не мне решать, но убив их, я как минимум спас ее. А, возможно, что еще многих.

А что если… Что, если война может быть не только там, в Африке? Что, если война идет и на улицах Новой Москвы. Если посмотреть некрологи, то в день в городе умирает от перестрелок по 20-30 человек. Чем это не боевые потери?

Эту мысль еще следовало обдумать. А сейчас надо разобраться с последствиями.

Я протянул девушке руку и помог ей подняться. А секунду спустя позади меня послышались торопливые шаги.

— Стоять! — крикнули сзади. — Полиция!

Ну что ж. Вот и последствия. Убивать полицейского я, естественно, не буду, лучше сдамся. Тем более, что тут налицо необходимая самооборона. Ну продержат неделю в СИЗО, а потом отпустят, тем более, что на адвоката мне денег хватит. Ничего страшного.

Однако девушка дернула меня за руку, и я, сам не зная почему, побежал за ней следом.

Глава 5

Мы побежали по переулку. За нашими спинами послышался выстрел, пуля вжикнула около моей головы и с дробным звуком ударила в мусорный бак. Резко схватив его, я опрокинул содержимое на землю, разливая по асфальту помои. Простите коммунальщики, но если речь идет о сопротивлении при аресте, то лучше уж вам придется потрудиться, чем я поеду в участок.

— Не отвлекайся! — крикнула девушка. — Бежим!

Позади снова послышались выстрелы. Меня рефлекторно потянуло схватиться за ствол и пальнуть в ответ, тем более, что скорее всего я попал бы с одной пули. Но нет, делать этого было ни в коем случае нельзя. Полицейский просто выполняет свою работу, с него нет никакого спроса.

Девушка перескочила через невысокий забор, разграничивающий дворы, и я рванул за ней. Перепрыгнул, пусть мне это далось не так легко, потому что я гораздо тяжелее, а она уже успела забежать в подсобное помещение здания, мусорную камеру. Дверь, ведущая в подъезд там оказалась открыта, мы миновали лестничную площадку и секунду спустя оказались в следующем дворе.

Она рванула напрямую, через детскую площадку, сейчас почти пустую, только на лавочке сидела компания длинноволосых парней с гитарой и какими-то бутылками. Безобидные неформалы, ничего странного, но лучше бы нам сейчас обойтись без свидетелей.

— Стоять! — снова послышался позади крик. Однако стрелять он больше не рискнул, потому что легко можно было задеть посторонних.

Мы подбежали к следующему дому, девушка рванула на себя дверь какой-то подсобки или чего-то такого. Но та не поддалась.

— Открой! — крикнула она.

Я подскочил к двери, схватился обеими руками за створки, пальцами продавив резинки, и резко развел их в стороны. Замок не выдержал, со звоном сдался и мы получили доступ внутрь.

Это оказалось подсобное помещение какого-то магазина. Девушка побежала первой, проскочила через него, оказавшись в зале, побежала дальше. Мне не оставалось ничего другого, кроме как рвануть за ней.

— Эй, вы куда? — крикнул продавец. — Я полицию…

Одного моего взгляда ему хватило, чтобы заткнуться. Мы выбежали на улицу, и девушка рванула в сторону следующего заведения — то ли пекарни, то ли кафе. Дверь открылась автоматически, и секунду спустя она скрылась внутри. Я вбежал следом.