– Или мы останемся здесь и дождемся, когда один из них расправится с соперником. Мне кажется, нам лучше надеяться на победу «Карателя». Я не знаю, что нужно чертовым копам, но они не будут убивать нас с такой жестокостью, как это сделают амнионы.

Мика отключила интерком и, не глядя на Хайленд, вернулась к работе. Она хотела улучшить позицию «Трубы» и уберечь ее от возможных залпов «Карателя» и «Затишья».

Дэйвис, пристыженный ее примером, постарался успокоиться. Он вспомнил Брайони Хайленд – женщину, которая осталась на своем посту и погибла, спасая корабль. Она бы сейчас презирала его. В мире людей имелись худшие вещи, чем зонные имплантаты, и худшие преступления, чем использование стимуляторов психики. Взять, к примеру, его слабость – это позорное забвение тех, о ком он должен был заботиться…

Энгус и Морн спасли ему жизнь. Теперь настала его очередь. Однажды Термопайл сказал: «Ты тратишь много времени на изучение оружия. Лучше ознакомься со средствами обороны». Пушки и лазеры не спасли бы «Трубу». Маленькое судно не могло противостоять боевым кораблям в открытом космосе. Чем бы Хэши Лебуол ни оснастил крейсер, тот не имел достаточной мощности орудий.

Дэйвис перестал обращать внимание на трясущиеся руки. Их дрожь не могла убить его. Ему следовало позаботиться о более важных вещах. Он проверил генератор дисперсионного поля: провел несколько тестов и диагностических процедур. Затем юноша снова вернулся к сканеру, выискивая новые полезные данные. Он едва не закричал, когда обнаружил «Планер».

Корабль Сорас был знаком компьютеру «Трубы» не меньше, чем «Затишье». Ошибка в идентификации исключалась полностью. «Планер» находился в сорока километрах от крейсера – на небольшой дистанции даже по меркам астероидного роя. Тем не менее был шанс, что он еще не заметил «Трубу». Между ними находилось много скал, создававших отраженные сигналы. Несмотря на искажения, вносимые статикой и электронным эхом, Хайленд видел, в какую груду искореженного лома превратился «Планер». Но его орудия были заряжены и готовы к бою.

Свирепо усмехнувшись, Дэйвис передал полученные данные на пульт Мики. Когда она взглянула на экран, на ее скулах появились желваки.

– Чудесно, – прошептала она. – Чертовски чудесно.

Хайленд чувствовал, как тряслись его кости. Даже мозг – и тот дрожал от возбуждения и страха. Он встревоженно спросил:

– Что ты хочешь сделать?

Желваки на скулах Васак заходили ходуном.

– Добить его! Прямо сейчас! Прежде чем он наведет на нас прицел.

– Мы не можем.

«Дочь Брайони Хайленд».

– Слишком много астероидов на линии огня.

«Нам будет стыдно за свои поступки».

– Любой выстрел угодит в ближайшие скалы.

«Планер» имел точно такую же проблему.

– Если мы начнем атаку, «Затишье» вычислит нашу позицию, – испуганно продолжил Дэйвис– Амнионы знают, что мы уже здесь. Только скалы мешают им использовать протонную пушку.

Мика сердито посмотрела на него.

– Что же нам делать?

Голос Хайленда дрожал не меньше рук.

– Если «Затишье» выстрелит из плазменных пушек, я могу отразить этот залп. У нас имеется дисперсионное поле. Но мы не можем противостоять протонному лучу. Нам лучше улететь отсюда.

– Куда? – огрызнулась Мика.

Дэйвис не имел понятия.

– Куда-нибудь. Мимо «Карателя». Будем надеяться, что он на нашей стороне и прикроет нас в трудную минуту.

– Прикроет? От протонной пушки? Не говори ерунды! Один хороший выстрел, и она сожжет оба судна.