Габриэла обожала делиться информацией. И, судя по всему, не поняла, какое отношение имеет письмо, найденное у отца Тимофея, к смерти Штефана. Неудивительно – Тимофей это пока и сам до конца не понимал.

– Дай мне телефон Вернера, – устав от настойчивости Габриэлы, сказал он. – Завтра утром, как только мама уйдет, я ему позвоню.

Габриэла еще поохала и повозмущалась, но отстала.

Звонить Вернеру Тимофей не собирался. Он не представлял, чем тот может ему помочь. Фамилию следователя, занимающегося его делом, Тимофей запомнил во время допроса. Адрес участка нашел в интернете – прокрался в кабинет Штефана ночью, когда мама спала.

В шесть утра Тимофей уже привычно выбрался из дома через окно кладовки. В семь часов двенадцать минут прибыл в участок. Сказал дежурному, что вспомнил важные подробности, о которых нужно сообщить следователю. Дежурный позвонил. Через полчаса появился следователь.

Тимофей показал ему письмо. Объяснил:

– Мой отчим систематически на протяжении нескольких лет обкрадывал компанию, в которой работал. Об этом каким-то образом узнал мой отец. Родной отец. Он шантажировал моего отчима. Из письма ясно, что делал это не раз. Возможно, мой отец знает что-то о смерти Штефана.

Тимофей замолчал. Следователь обалдело смотрел на него. Откашлялся и проговорил:

– Как ты это выяснил?

– Нашел в почте Штефана письмо из банка. – Тимофей положил на стол перед следователем еще один лист. – Это – выписка о расходах с маминой карты. Несколько раз этой картой пользовались не в том районе, где мы живем. Обратите внимание на строки, выделенные желтым.

– Все – в арабском квартале? – Следователь просматривал лист.

– Да. Там живет отец. Я пытался поговорить с ним, но он не захотел.

Эту версию Тимофей придумал заранее. Такую, чтобы не пришлось называть имена Габриэлы и Вернера. У него было время подумать – он не спал всю ночь. Бродил по комнате до утра, в половине шестого принял решение. Положил в прозрачный файлик письмо и распечатку.

– В кармане куртки моего отца я нашел этот конверт.

– И ты думаешь… – Следователь смотрел на Тимофея с непонятным выражением.

– Вообще-то, думать – ваша профессиональная обязанность, – напомнил Тимофей. – А я всего лишь узнал о некоторых фактах и решил сообщить их вам.

– После того, что ты сообщил, нам придется объявить твоего отца в розыск. Шантаж – серьезное обвинение.

Следователь замолчал, глядя на Тимофея. Тот встретил этот взгляд так же молча.

– Ты не понял? – уточнил следователь. – Мы объявим твоего отца в розыск.

– Да, вы это уже сказали. Я понял с первого раза.

– И… Тебе что – все равно?

Опять это «тебе все равно»!

Сколько можно? И почему люди так обожают этот вопрос – ответ на который очевиден?..

– Если бы мне было все равно, меня бы здесь не было. Я хочу узнать, что произошло со Штефаном. Мой отец может пролить на это свет, но самостоятельно я его не найду. Потому и пришел к вам.

– Ты сказал, что это – распечатка с карты твоей мамы. – Следователь провел ладонью по листу. – То есть твоя мама регулярно бывала в том районе, где живет твой отец – с которым она официально разведена и контактов не поддерживает. Ты понимаешь, что это значит?

– Понимаю. Они общались.

– И не просто общались! Откуда еще твой отец мог узнать, что господин Майер обкрадывает компанию, в которой работает, если не от твоей мамы? Она ведь работала в той же компании, верно?

– Не совсем там.