|
Где его слабые и сильные места, почему у него такой бесчувственный фасад и что он скрывает за ним. Узнать как можно больше, чтобы понять его для себя. Иначе моя нервная система грозила не выдержать нагрузки. Пребывать в напряжении постоянно было опасно для здоровья. А расслабиться не давала черствость и скрытность правителя Франкии. Мое напряжение иногда достигало такого размаха, что приходилось сбегать от всех и в отчаянии колотить подушку, чтобы не заорать от страха, ярости, гнева и отчаяния. Я запрещала себе думать о Мише, Кате, о другом мире. Старалась максимально присутствовать в этой реальности, решать задачи, возникающие в данный момент, но иногда тоска и эмоции пересиливали. Обычно ночами. В это время я позволяла себе рыдать в подушку, чтобы никто не услышал. А потом поднималась и заставляла себя двигаться.
С леди Сандрой я не стала обсуждать случай в саду. Ну, это и правда не мое дело, чем они там занимались и о чем говорили. Может, леди Сандре повезет, и именно она разбудит холодное сердце короля, когда я наконец вернусь к своему будущему мужу. В любом случае чем меньше шансов у Оливии, тем лучше, раз уж ее семейка, возможно, пыталась меня убить. Поэтому я предложила леди Сандре поучаствовать в утренней авантюре. И она с радостью согласилась. Мы проснулись еще до рассвета, оделись, перекусили и стали ждать у окна. Едва стало светать, появился король Генрих, а конюх вывел ему коня. Мы бегом бросились из замка к конюшням. Вместе с двумя стражниками на послушных лошадках мы пересекли мост, и я махнула вправо. – Вон он! Всадник удалялся вдоль озера, мы последовали за ним. Скорость у короля была немалая. У меня ветер в ушах свистел – так мы летели, стараясь не потерять его из вида. От озера земля постепенно поднималась вверх, на холм, заканчивающийся резким обрывом. Я оглянулась. Эмеральд лежал в утренней дымке, отсюда, с возвышения, город был волшебно красив. На берегу озера, рядом с изящным замком, россыпь голубых черепичных крыш завораживала, как иллюстрация в книге сказок. А вокруг зеленые холмы и реки, блестевшие на равнинах. – Кажется, король остановился. Леди Сандра показала мне на Генриха, который поднялся почти к самой верхушке холма. Тот спешился, привязал лошадь у отдельно стоявшего дерева, снял камзол и остался в рубахе. – Надо спрятаться. – Мы оставили лошадей со стражниками в тени деревьев, а сами прокрались чуть вперед и скрылись за огромным валуном. – Он очень сильно разозлится? – вдруг спросила леди Сандра. – Не знаю, – честно ответила я. – Лучше, конечно, чтобы он о нас не узнал. – Кажется, он кого-то ждет… У меня тоже складывалось такое впечатление. Генрих достал меч и стал разминаться, делая взмахи и выпады, шагая то вперед, то назад. Вскоре показался еще один всадник, он приблизился к королю, спешился, привязал коня под деревом и тоже вышел с мечом. Они начали драться, но это была лишь тренировка, противники останавливались, разговаривали, пробовали приемы медленно, потом быстрее. Итак, мое любопытство было удовлетворено сполна. – Возвращаемся в замок, я увидела достаточно. Во дворе замка к нам подскочили слуги, я подъехала к тому слуге, с которым так часто говорил король. Это оказался вовсе не юноша, а мальчик лет двенадцати, и я тут же усомнилась, что Генрих помимо нетрадиционной ориентации предпочитает еще и детей. Сверху из окна детского личика было не разглядеть, а мальчик был высокий, что немного сбило меня с толку. Он придержал мою лошадь. Я спешилась и обратилась к нему: – Как тебя зовут? – Адриано, ваше величество, – звонко ответил он. Голос у него был все еще детский. – Хочу с тобой поговорить, Адриано. |
