Мне очень хотелось вернуться к матери Адриано и поговорить с ней, но было неловко тревожить покой больной.

Много раз я напоминала себе, что мне это все не нужно, что скоро приедет Дик, и если ему удалось что-то узнать о зеркалах, то мое пребывание здесь будет недолгим. Но больше в ожидании друга заняться было нечем. Поэтому я спросила у Витторино, когда мы гуляли после завтрака вдоль озера:

– Скажите мне честно, у Генриха есть любовница?

Лорд-канцлер споткнулся, некоторое время шел, низко наклонив голову, но потом все-таки спросил:

– Почему вы спрашиваете?

– Потому что это ненормально, что ее нет.

– То есть? – поднял на меня изумленные глаза лорд-канцлер.

На нем сегодня был яркий кафтан с летящими журавлями, а серебристый цвет фона шел его стальным глазам. Лорд-канцлер одевался ярче всех мужчин двора, представляя собой некую лысую экзотическую птицу.

– Он король, – пожала я плечами. – Мужчина. Мне с детства внушали, что мужчины всегда нуждаются в женщине, поэтому…

– Ваше величество, – прервал меня Витторино, – я понимаю, что у вас есть свои представления о том, какова природа мужчин, но, поверьте, говорить, что все мужчины одинаковые, значит и женщин подводить под одно правило. Если ваш отец менял фавориток одну за другой, это не значит, что так делают все.

– Отец Генриха тоже так делал, насколько мне известно, – пожала я плечами. – Не помню, какой по счету женой должна была стать я, но…

– Вы не смеете говорить о короле такие вещи. Никому! – вдруг вспылил Витторино.

Я осеклась.

– Простите, я…

– Нет, не прощу, потому что вы пытаетесь запятнать репутацию короля, обсуждая его личную жизнь со мной! Вы и меня делаете виновным, и себя! А сами позволяете вашему другу детства вольности, которые не позволительны королеве!

– Он не сделал ничего…

– Я видел, как он смотрел на вас, прикасался и шептал вам на ухо… Или думаете, я слеп? Я глаза и уши короля, ваше величество, но я также и его верный слуга. И если вы задумаете причинить ему вред, я стану вашим злейшим врагом!

Мы стояли друг напротив друга. Витторино отчитывал меня, а я смотрела на него отстраненно. Вот и славно. Сама того не подозревая, я вывела его на чистую воду. Он шпионит за мной в пользу короля. Не самая большая новость, но все-таки приятно получить подтверждение своим предположениям. А то, как яростно он короля защищает, лишь укрепило меня в убеждении, что здесь что-то не так.

– Лорд-канцлер посмел кричать на вас сегодня, – заметила леди Сандра, когда мы поднимались в покои. – Пожалуйтесь на него королю. Они слишком сплочены, вам не мешает встать между ними. Иначе он наговорит королю про вас разные вещи…

– Леди Сандра, я знаю короля меньше месяца, а лорда-канцлера он знает гораздо дольше. Как думаете, кому он доверяет больше? – устало спросила я. – К тому же после того, как я наведалась к той женщине, король не разговаривает со мной. Неудачный момент для вбивания клиньев, не находите?

– Но он может причинить вред лорду Дику, – заметила Сандра.

Я не нашла что возразить. Пожалуй, может. Если Дик по-прежнему будет слишком близок ко мне. Но пока Дик далеко, об этом стоило лишь подумать. Но лезть на рожон я не стала бы: Витторино очень хитрый и умный противник. С ним лучше сохранять худой мир, чем вражду. Моя позиция при дворе еще слишком слаба. Надо привлекать на свою сторону больше людей, на всякий случай. Союзники не помешают.

Мы вошли в мои покои, и я застыла, когда увидела короля Генриха около окна.