* * *

Охранник у входа в ювелирный магазин кивнул мне и Макси, потом широко распахнул тяжелую стеклянную дверь.

– Что мы здесь делаем? – прошептала я.

– Покупаем тебе подарок, – сказала Макси. – И совсем не обязательно шептать.

– Ты что, мой папик? – хмыкнула я.

– О нет, – совершенно серьезно ответила Макси. – Ты сама себе что-нибудь купишь.

Я уставилась на нее с открытым ртом.

– Что? Почему? Ты вроде должна призывать меня к экономии. У меня скоро родится ребенок…

– Конечно, ты будешь экономить, – ответила Макси. – Но моя мама говорила, у каждой женщины должна быть одна красивая, идеальная вещь, которую она купила себе сама. И ты, моя дорогая, теперь в состоянии так поступить.

Я шумно втянула воздух, как будто собиралась нырнуть в глубокую воду, а не просто пройти через ювелирный магазин. Комната была полна стеклянных витрин на уровне того, что раньше было моей талией, и каждая витрина ломилась от драгоценных украшений, искусно разложенных на подушечках из черного и голубовато-серого бархата.

Там были кольца с изумрудами, сапфирами, тонкие колечки из платины, украшенные бриллиантами. Висячие янтарные серьги и броши с топазами, браслеты из серебряной сетки, такой тонкой, что я едва могла разглядеть звенья, и кафы из чеканного золота. На меня смотрели сверкающие браслеты с маленькими балетными туфельками и миниатюрными ключами от машины… серьги из стерлингового серебра в форме пухлых сердечек… переплетенные полоски розового и желтого золота… сверкающие булавки в форме божьих коровок и морских коньков… бриллиантовые теннисные браслеты из тех, что носила мать Брюса…

Я остановилась и ошеломленно прислонилась к ближайшей витрине. Продавщица в аккуратном темно-синем костюме появилась с другой стороны так быстро, как будто ее телепортировали.

– Что вам показать? – тепло спросила она.

Я осторожно указала на пару самых маленьких бриллиантовых сережек.

– Это, пожалуйста, – попросила я.

Макси глянула мне через плечо.

– Не это, – нахмурилась она. – Кэнни, они совсем маленькие!

– Хоть что-то во мне может быть маленьким? – пошутила я.

Макси озадаченно посмотрела на меня:

– Зачем?

– Затем… – Мой голос затих.

Макси схватила меня за руку.

– Знаешь что? – строго сказала она. – Ты выглядишь чудесно. Ты выглядишь счастливой… и здоровой… и беременной…

– Не забывай об этом, – сказала я, смеясь.

Консультант тем временем разворачивала кусок черного бархата и раскладывала серьги поверх футляра – крошечную пару, которую я заказала первой, затем еще одну примерно в два раза больше. Каждый бриллиант был размером с отборную изюминку. Я взяла их в ладонь, наблюдая, как они сверкают, вспыхивая синим и фиолетовым.

– Они великолепны, – тихо сказала я и поднесла их к ушам.

– Вам очень идет, – заметила продавщица.

– Мы возьмем их, – сказала Макси очень уверенно. – Можете не упаковывать. Она их наденет прямо сейчас.

Позже в машине, в новых серьгах, посылающих радужные переливы на крышу всякий раз, когда на них падал солнечный свет, я пыталась благодарить Макси. За то, что она приняла меня, за покупку моего сценария, за то, что заставила меня поверить в будущее, в котором я заслуживаю вещей, подобных бриллиантовым серьгам.

Но Макси попросту отмахнулась.