Понимая, что перед ним тот самый недооборотень, за которым он пришел, Макс снова перевел взгляд на тело на пыточном столе.

– Грэг, – ответил на его сомнения Санти. – Он недостаточно дорог Анне, чтобы держать его живым. Плесни-ка на него кипятком, Хорхе.

– Я шел за тобой, – обратился Макс к парню. – Хотел спасти тебя вместе с ним. А ты…

– Я не получил спасения, только видел, как убивает себя Винс, – жестко ответил ему недооборотень. – Я заключил соглашение с Санти.

– Да, кстати, пока мы тут игрались с Грэгом, Хорхе Мария рассказал мне много чего интересного о хозяине времени.

Недооборотень улыбнулся. Его кожа лопнула и начала сочиться кровь.

– И он еще много чего нового узнает о нем по моей просьбе. Ну, а ты, – Санти подтянул замотанного в кокон Макса поближе. – Расскажешь мне все, что знаешь о магсопротивлении, пока мы ждем Анну. Она ведь придет, чтобы спасти тебя и Хорхе, как думаешь?

Санти потрепал Макса по щеке и повернулся к недооборотню.

– Прикончи Грэга и освободи стол, нам нужно сделать несколько убедительных фото.

Макс закрутил головой, пытаясь увидеть, не затаился ли где в углу Басилун, но дракона и след простыл.

Глава 30

– О время… что я наделал…

Рэй осторожно поднял Алису на руки и прижал к себе. Он сам не понимал, зачем. Это было инстинктивно. Она лежала спокойно, неподвижно, как погруженная в вечный сон Белоснежка, сходство со сказочным персонажем, поразившее его в первую секунду их встречи, теперь стало до ужаса правдоподобным. В его руках ее голова чуть запрокинулась, доверчиво открывая белую шею, Рэй осторожно приподнял ее повыше и вгляделся в лицо Алисы.

– Проснись, Алиса… – он прошептал это без надежды, что она откроет глаза. Но ему нужно было говорить с ней сейчас. – Очнись…

Отчаяние было знакомым чувством. Следом пришла нежность и боль, которая была в самом начале, когда Алиса только готовилась к ритуалу. Рэй всмотрелся в эту боль, пытаясь понять, что она значит. И постепенно осознал, что это был страх потери.

– Я не хочу терять ее? – спросил он вслух, немного удивленный таким результатом. – Но почему?

Ответа не было.

Рэй сидел с бесчувственной Алисой на руках и погружался в отчаяние и боль. Она не умерла. Но и не жила.

Когда он услышал тихий бессловесный напев, он даже не сразу понял, что напевает сам. И качает Алису в своих руках.

И вдруг всплыло его собственное детское воспоминание:

Красивая женщина с нежностью качает его в руках, улыбаясь и напевая одним только «мммм» какую-то песенку. И в ее руках так хорошо и спокойно.

«Просыпайся, малыш…»

Такой легкий шепот, но как все тело реагирует на это воспоминание…

Рэй повторил слова чуть слышно, чувствуя, как в груди происходят перемены.