Оглядевшись вокруг и обнаружив, что никого из знакомых нет поблизости, Уэбб отодвинул щеколду на воротах и вошел. Аманда, должно быть, уже ждала его, поскольку, когда он дошел до подъезда, она приоткрыла дверь.

Уэбб снял шляпу и шагнул в дом.

Флора пыталась вывезти инвалидное кресло Тристы из дверей магазина дамских шляп миссис Котьер, когда увидела их. Дом миссис Гленн стоял на углу, и ей открывался прекрасный вид на парадный вход. Она чуть не споткнулась.

— Ты видела?

Триста в ответ только вздохнула.

— Видела? Ты видела капитана и актрису? Только подумай — они появились на публике!

— Флора, давай пойдем дальше, к Брауну, я хочу посмотреть детские перчатки.

— Перчатки? Да как ты можешь думать о перчатках, когда у капитана свидание с актрисой, прямо на улице, в тот самый момент, когда наша Сахарная Энн так в него влюбилась! Я немедленно перейду через дорогу и устрою ему выволочку! Я выдеру ему все волосы.

— Оставь, Флора.

— Оставить? Ну уж нет! Я просто в ярости. Наша Сахарная Энн — нежная, возвышенная молодая женщина: она не понимает, что такое мужчины, особенно красивые. Я говорила ей, что никогда нельзя доверять красивому мужчине, и как же я оказалась права! Брать к себе в постель Сахарную Энн по ночам и развлекаться с этой женщиной на стороне! Я…

— Флора, — сказала Триста тоном, который предупреждал о серьезности ее слов, — потише. Я уверена, у капитана найдется всему совершенно разумное объяснение. То, что у тебя был дурной опыт с несколькими красивыми мужчинами, не означает, что все они — негодяи.

— Да они просто самцы! Ты сама не веришь, что это невинная встреча, так что лучше говори правду.

Триста снова вздохнула:

— Я за презумпцию невиновности, но все-таки непременно поговорю с капитаном. Ты тем не менее не смей даже выдохнуть ни единого слова об этом Сахарной Энн.

Флора издала весьма неприличный звук и подтолкнула инвалидное кресло в сторону Стрэнда так быстро, что у Тристы волосы разлохматились от встречного ветра.

Вернувшись в контору после встречи с Амандой, Уэбб нашел записку от Тристы: старая дама хотела поговорить с ним немедленно. Странно. Они виделись за завтраком, и Триста не сказала ни слова. Уэбб тут же отправился домой.

Когда он вошел в спальню Тристы, пожилая дама сидела за столом.

— Мэм, что случилось? Надеюсь, это не касается…

— Капитан, я буду с вами откровенна. Каковы ваши намерения в отношении… Сахарной Энн?

— Прошу прощения?

— Сэр, я не вела жизнь затворницы, я не слепая и не глухая. Сахарная Энн не приучена к манерам похотливых мужчин, поэтому я не хотела бы, чтобы вы причинили ей какой-то вред.

Уэбб почувствовал, как лицо его покраснело.

— Да я скорее отрежу себе правую руку, чем причиню вред этой малышке, потому что я… влюблен в нее.

— Тогда, возможно, вы потрудитесь объяснить, что вы делали в доме миссис Гленн сегодня утром.

— Что я… делал?

— Мы с Флорой находились через дорогу от вас, в магазине дамских шляп, и видели, как очень красивая молодая женщина, актриса, я полагаю, вас поцеловала.

Уэбб засмеялся.

— Мэм, уверяю вас, все, что вы видели, совершенно невинно, я знаю Аманду много лет, с детства. Она мне как сестра. Могу поклясться на стопке Библий в милю высотой, что я никогда не прикасался к ней иначе, как к сестре, и на этот раз помогал ей решить ее личную проблему.

— Понимаю. Тогда, возможно, вы захотите пригласить эту Аманду на обед к нам, допустим, сегодня вечером?

Казалось, его живот ухнул вниз, прямо на ботинки.