Сегодня утром, слава богу, в квартире не обнаружилось никого лишнего, и, закончив уборку, Фреда крикнула:

– Ну я пошла!

Ванда прохрипела в ответ утренним голосом:

– До встречи, миленькая. Не делай ничего такого, чего бы я не стала делать! – что открывало довольно широкий спектр возможностей.

* * *

– Черри! Черри!

Это была несомненно Черри Эймс. Взволнованная Фреда побежала за ней по Сент-Мартинс-лейн, окликая по имени.

Можно подумать, Черри Эймс оглохла с тех пор, как Фреда видела ее в последний раз, но наконец она обернулась и остановилась.

– Фреда! Фреда Мёргатройд, – сказала она (очень хладнокровно, заметила Фреда). – Надо же, какая встреча. Как дела?

А вот Фреда совсем не сохраняла хладнокровия: наоборот, она немножко сошла с ума от радости при виде знакомого лица.

– У меня все хорошо, спасибо, – сказала она. (Во всяком случае, «лучше», подумала она.) – Как ты?

Черри определенно выглядела хорошо. Она всегда одевалась со вкусом, но теперь была очень элегантна, такие наряды можно купить только в магазинах Вест-Энда. Фреда предложила пойти выпить где-нибудь чаю, за углом есть «Лайонс», и Черри вздохнула и протянула:

– За углом всегда есть «Лайонс», – словно все эти рестораны ей безумно надоели. «А, понятно, – подумала Фреда, – играет пресыщенную столичную штучку. Что ж, все мы через это прошли». Она сама играла эту роль для Оуэна Вэрли, и для Рамзи Кокера тоже.

Черри наконец согласилась пойти в «Лайонс», хотя там едва притронулась к чаю, предпочитая курить.

– Помогает сохранять фигуру, знаешь ли. Впрочем, тебе это не нужно.

Фреда рискнула спросить, как дела в «Вэнбру».

– О, эта дыра, – пренебрежительно сказала Черри, – понятия не имею, я ушла оттуда давным-давно.

«Ну, не так уж давно, – подумала Фреда, – я сама только пару недель как ушла оттуда». Черри сказала, что играет на сцене. У нее было прослушивание в «Ко-оптимисты» в «Паласе».

– И я получила роль!

– Молодец, – сказала Фреда. От слова «прослушивание» она дернулась.

– Конечно, роль крошечная, но обо мне уже написали рецензию – «Дебютантка блистает» и так далее. А ты как?

– Я? Танцую. В ночном клубе.

– Ой, бедняжка. Это, наверное, совершенно ужасный кошмар?

«Да кто же эта особа? – подумала Фреда. – Неужели настоящая Черри Эймс – милая, добрая и совершенно нормальная – заперта внутри этой нервной самозванки?» Фреда собиралась спросить, не слышала ли Черри что-нибудь о Флоренс, но Черри резко встала и сказала:

– Ужасно извиняюсь, Фреда, но мне нужно идти. – Она затушила сигарету в пепельнице. – Я безумно занята. Мы репетируем целый день, они постоянно добавляют что-то новое в шоу. Чудовищная скука.

– Наверное.

– А потом у меня ужин в «Кафе Ройял» с одним из инвесторов шоу. Я буду совершенно без сил.

Если присмотреться внимательно, под толстым слоем макияжа и за напряженным взглядом усталых глаз, должно быть, все еще таилась настоящая Черри, пытаясь защитить себя.