– Что в этом ящичке?

Нелли проигнорировала вопрос. После некоторых поисков Нивен нашел ее в «Хрустальной чаше». Следовало догадаться, что она окажется здесь, это ее любимое укрытие. Для Гвендолен было слишком рано, она обычно приходила позже, и Нивен гадал, в квартире ли она еще и помнит ли что-нибудь о прошедшей ночи.

* * *

Она крепко спала, когда он ушел под утро, – отключилась из-за бренди и односолодового виски, которые безрассудно пила стакан за стаканом. Нивен не понял в точности, что спровоцировало внезапный вакхический разгул, но в этом каким-то образом был замешан Оксфорд.

В ходе вакханалии Гвендолен совершенно добровольно и по собственной инициативе поведала историю своей жизни, закончив приездом в Лондон.

– И теперь, – весело заключила она, – я шпионка.

– Я так и подозревал, – сказал он. От спиртного у нее развязался язык. – На кого ты работаешь, на Мэддокса?

– Нет!

– На Аццопарди?

– А это кто?

– Тогда на кого?

– На Фробишера, конечно. Он поручил мне искать доказательства, чтобы уничтожить вашу мать. Всех вас уничтожить, наверно.

Фробишер? Конечно, кто же еще. Нивен должен был догадаться, что она служит добродетели, закону и порядку, Мата Хари из нее никакая.

– Разве для шпионажа не нужна секретность?

– Я бросила эту игру, – сказала она. – Покончила с этим, покончила с Фробишером. – Рассмеялась и добавила: – Ну и что ты собираешься со мной делать? Убить?

– В рифму, но первые буквы другие. – Она слишком много выпила и не смогла угадать, что он имеет в виду, а он не стал подсказывать и поцеловал ее.

Всего один довольно неуклюжий поцелуй со вкусом виски, но Нивена он неожиданно взволновал. А Гвендолен – нет. Она осушила свой стакан и нарочито чарующим голосом объявила:

– Я иду спать. Надеюсь, ты присоединишься.

Он едва удержался от смеха, наблюдая, как она петляет через комнату.

Через полчаса он пришел ее проведать и нашел распростертой на кровати, мертвой для всего окружающего мира. Никакой фланелевой ночной рубашки и носков – ее ночное одеяние подошло бы и новобрачной. Но даже не будь она в бессознательном состоянии, Нивен не собирался с ней спать. Он накрыл ее одеялом, подобрал одежду, раскиданную по комнате, и аккуратно повесил на стул. Потом выключил свет и ушел.

* * *

– Ну что, – ехидно спросила Нелли, – провел приятную ночку с мисс Келлинг? Она очень хитрая, явно и тебя очаровала. Она работает на Фробишера, знаешь ли.

– Что в ящичке? – Мать снова проигнорировала вопрос, и он вздохнул и сказал: – Рамзи видел твое завещание. И расстроился.

– Нечего совать нос куда не просят, – сказала Нелли. – Ты поэтому здесь? Или хочешь поговорить о своих «тайных» встречах с Аццопарди? Я думала, может, ты планируешь узурпировать мою власть.

– Я? – Нивен рассмеялся. – Я как раз забочусь о твоих интересах, – возможно, только я о них и забочусь. Аццопарди сегодня утром пытался украсть документы на клубы.

– Нет, – поправила Нелли. – Рамзи пытался их украсть. Он предатель.

Последнее слово прозвучало почти нежно, словно Рамзи каким-то образом доказал, что он истинный Кокер.

– Главное, что он не отдал их Аццопарди. – (Что же в железном ящичке?)

– Они у тебя?

– Они в безопасности.