– Если вам это поможет, я бы попросила сенатора замолвить за вас доброе слово. Я сейчас у нее в немилости, но вряд ли ей хочется, чтобы у вас после этой истории были неприятности. Она хоть и резкая, но справедливая.

Заведующая отмахнулась.

– Спасибо, не нужно. Я могу за себя постоять. – Она усмехнулась. – По счастью, в больнице вечно не хватает персонала. Даже если б начальству захотелось, никто меня отсюда не выставит. Главный врач хоть и вспыльчивый, но вообще мы с ним ладим. До завтра он остынет.

Лаура облегченно улыбнулась. Ей нравилась эта женщина, которая с такой решимостью боролась за благополучие своих пациентов.

– А вот мне нужна ваша помощь… – Она достала из сумки фото первой жертвы. – Вы узнаёте эту женщину? Три недели назад ее нашли на контейнерной площадке супермаркета. Мы полагаем, что за ее убийством стоит тот же самый человек.

У доктора Гебауэр дернулись брови.

– Боже мой! Я-то думала, хуже быть уже не может…

Она взяла фотографию и нахмурила лоб. Через некоторое время покачала головой.

– Очень жаль, при всем желании не могу припомнить ее. Оставьте фотографию, я покажу коллегам. Может, кто-то ее узнает…

– Это было бы очень хорошо. Если появятся новости, звоните в любое время.

Лаура поднялась и на прощание пожала заведующей руку, после чего направилась в квартиру Евы Хенгстенберг.

19

– Ты разочаровала меня, Ева.

…Слова по-прежнему звучали у нее в голове и усиливали боль в указательном пальце левой руки. Рана пульсировала под тугой повязкой…

– Я думал, ты порядочная девушка и тебе можно доверять, – добавил он. – Придется преподать тебе урок…

После этого занес молоток и одним ударом сломал ей палец. При воспоминании об этом у Евы перехватило дыхание.

– Ты хочешь боли? – спросил мужчина и взял за подбородок, так что ей пришлось посмотреть на него. – Мужчинам обязательно тебя бить, чтобы ты их уважала? – Казалось, он действительно задет. – Чтобы это было в последний раз!

Он по всем правилам обработал ей рану. У Евы даже возникло впечатление, что это и в самом деле далось ему непросто. С другой стороны, Фрэнк вел себя так же, и через пару дней от сожалений не оставалось и следа. Вряд ли похититель чем-то отличался в этом смысле…

Ева перевернулась на бок и посмотрела на дверь. Он не заглядывал к ней уже целую вечность. На туалетном столике стоял поднос с едой и водой. Может, он больше не хочет ее видеть?

Ева пребывала в смешанных чувствах. Страх в ней боролся со стыдом. С одной стороны, она боялась этого человека. Но ведь до того случая он обходился с ней вполне хорошо. Ева понимала, что разочаровала его своей попыткой к бегству. В конце концов, незадолго до этого она разбила окно. Неудивительно, что в какой-то момент он потерял самообладание. Фрэнк уже после разбитого окна измордовал бы ее до полусмерти. Незнакомец же предоставил ей новую комнату, а ей не пришло в голову ничего лучше, как при первой же возможности попытаться сбежать… Это действительно не очень-то благодарно с ее стороны.

«Но он держит тебя здесь против воли, – шепнул внутренний голос. – Беги, пока не стало еще хуже!»

Ева поднялась, заглушив в себе эти предостережения. У нее просто не осталось сил. И почему только она не умерла в туалете ресторана… Ева потерла забинтованные запястья. Кто бы мог подумать, что смерть приходит так долго! Она предполагала, что перережет вены и умрет за несколько минут. Но даже не потеряла сознание и наблюдала поднятый вокруг нее переполох.