Таэн глубоко вдохнула воздух, пахнущий травой. Ветер растрепал ее волосы, выбившиеся из-под капюшона, и она смахнула пряди с мокрой от слез щеки.

 Уже несколько дней она с тоской наблюдала за тем, как суденышко Джарика движется навстречу черным кораблям демонов. В этой битве юноша не сможет победить, но Таэн не смела вмешаться даже для того, чтобы хоть как-то подбодрить его. Если бы она решилась мысленно связаться с Джариком, ее брат мог бы воспользоваться случаем и через нее достать свою добычу. Но теперь упрямая отвага сына Ивейна подсказала отчаянный выход.

 Таэн сжала руки, чтобы унять их дрожь. Сидя в одиночестве на освещенных луной холмах над гаванью Имрилл-Канда, она пустила в ход свой магический дар, разбудила Анскиере из Эльринфаэра и ради спасения всего Кейтланда попросила его снять заклинания, удерживавшие в плену созданный его волшебством шторм.

 Едва рассвет озарил море Корин, как собрались такие тучи, что снова стало темно, а с юга задул штормовой ветер. От резкого порыва, ударившего в паруса «Каллинде», Джарика сбило с ног. Тяжело дыша, юноша вскочил на ноги и, отплевываясь от брызг, стал пробираться к мачте.

 Волны захлестывали через борт, но юный капитан не смел заняться вычерпыванием воды, не убрав сначала паруса. Фалы гудели, гребни волн вздымались за кормой и падали на палубу дождем брызг. Жмурясь от капающей в глаза жгучей соленой воды, Джарик кое-как спустил грот.

 Шторм Анскиере все-таки вырвался на свободу — с рассвета погода портилась так быстро, что это не могло быть просто капризом природных сил. Если он не уберет как можно скорее паруса, лодка перевернется.

 В спешке обдирая пальцы, Джарик спустил кливер; шкот, запутавшийся в переднем штаге, ему пришлось отрезать, потому что выпутывать его было некогда.

 Потом юноша пробрался по раскачивающейся лодке на корму, отрезал кусок от запасного паруса и смастерил морской якорь. Джарик взялся за рулевое весло: если шторм Анскиере отправит его на дно, пусть это случится на пути к острову ваэре. Как бы ни бушевала стихия, он все равно не свернет с курса!

 Следующие несколько часов дорого ему дались. Даже самый простой маневр превращался в отчаянную борьбу за выживание, где каждый неверный шаг грозил катастрофой. Ветер ревел так, что юноша почти оглох, волны вздымались в небеса зелеными горами, с их вершин снежными лавинами рушилась пена.

 Стихия играла «Каллинде», как бурлящий ручей у мельничного колеса играет легкой пробкой. Джарик то и дело принимался вычерпывать воду, хотя весь дрожал от слабости и усталости. Если бы тяжелая лодка набрала побольше воды, она бы наверняка затонула.

 А шторм все не унимался; хлестал ливень, небо полосовали молнии. Доски корпуса пока держались, хотя просмоленная пакля выбивалась из щелей как пучки грязных волос. Сначала Джарик пытался снова забить щели паклей, потом, видя, что это бесполезно, стал заделывать их старой парусиной.

 Стрелка компаса качалась, словно пьяная, рулевое весло ходило ходуном, вырываясь из рук. И все же пока «Каллинде» удавалось противостоять волшебному шторму Анскиере.

 Один раз Джарик увидел мелькнувшее в воде темное бревно, опутанное канатами, и, несмотря на чудовищную усталость и боль во всем теле, хрипло расхохотался. Одному из судов демонов пришлось еще хуже, чем его лодке; но если работа сына Матье выдержала испытание, как выдержал его и Джарик, значит, Темный сновидец тоже мог выжить. Брат Таэн был прирожденным моряком и однажды уже уцелел во время посланного Стражем штормов урагана.

 Чтобы добраться до острова ваэре, Джарику придется пройти мимо Маэлгрима.

 Юноша проплыл сквозь «око шторма» на второе утро. Небо стало тошнотворного желтого цвета, ветер утих, почти улеглись волны. Джарик воспользовался передышкой, чтобы подтянуть обвисшие штаги, а потом снова взялся за бесконечное вычерпывание, перевязав израненные руки обрывками парусины.