Резкий ответ сбил его с толку и отбил желание продолжать подготовленный джентльменский монолог. Он так хотел поступить правильно, а она совершенно этого не оценила!

– Садись, садись! – сказала она, как будто все вопросы уже былирешены.

Этан неохотно сел.

– Давай ка я налью тебе чашечку английского чаю, – предложила она и, не дожидаясь ответа, потянулась за белым фарфоровымчайником с голубой каемкой. – Напомни мне, чтобы я обязательно купила чай, прежде чем вернемся домой. В Калифорнии хорошегоанглийского чая не найдешь. Уж поверь мне, я искала.

– Я не люблю чай, – сказал Этан, наблюдая, как ее руки движутсяв привычном для них ритме.

– Этот ты полюбишь, – ответила она, подливая в чашку молоко. – Он совершенно не похож на то, что ты пробовал в Штатах. И непременно отведай вон тех пышек – не знаю, как они правильно называются, но они божественны. Я больше нигде их не видела, кроме этого отеля.

Этан чувствовал себя напряженно. Ему не хотелось ни чаю, нипышек. Своей чайной церемонией Мередит разворошила в нем вчерашний гнев. Он отодвинул чашку и поискал глазами официанта.

– Надеюсь, в Англии подают кофе? – сказал он.

– Вначале попробуй чай, – не унималась Мередит. – Тебе понравится, я точно знаю.

Этан поднялся из за стола.

– Мне пора ехать. Я перекушу в аэропорту.

– Ах да, кстати. Я позвонила в аэропорт и сказала, что ты не полетишь.

– Что что?

– И отправила обратно арендованную машину. Тут один паренеквызвался отвезти ее в Экзетер за умеренную плату. Сын садовника,хочет быть стоматологом. Интересно, правда? Никогда еще не встречала подростка, который хотел бы быть стоматологом.

– Ты… ты аннулировала мой билет? – прошипел Этан.

Мередит надкусила пышку.

– Да, я подумала, что мы можем доехать до Лондона на машине.

Это всего лишь четыре часа. Мы с мамой часто так ездим, – она минутку пожевала. – А ты знаешь, что из Экзетера в Лондон нет прямогорейса? Можно лететь только с пересадкой в Гернси, Дублине, Глазго,Манчестере, Белфасте, Абердине или Лидсе. Как ты думаешь, почему?

Учитывая, сколько времени занимает пересадка, быстрее доехать доЛондона на машине.

– Я заплатил за билет в оба конца!

– И дорога такая живописная!

– Мередит!

– Да успокойся ты, – сказала она. – Сядь и выпей чаю. Из Лондона удобней долететь в Цинциннати. К тому же, ты сможешь увидетьбелую лошадь.

– Цинциннати? Я не собираюсь в Цинциннати!

– Давай заедем ненадолго на обратном пути, – сказала Мередит. –Это практически по дороге. Не все ли равно, как возвращаться – через Атланту или через Цинциннати?

– Да, но твоя мама живет не в Атланте!

Мередит понимающе кивнула:

– Поверь мне, ты не пожалеешь об этой задержке.

– Поверить тебе? Тебе?

Мередит поджала губы.

– Ну почему ты упрямишься? Я все это делаю ради тебя. Ты ведьникогда не был в Англии. Раз ты уже здесь, почему бы не посетитьЛондон? А по дороге не взглянуть на белую лошадь в Уффингтоне?

Сядь и выпей чаю.

Этан был так зол, что не мог даже смотреть на нее. Он обдумывал,как ему поступить. Можно попробовать вернуть свой билет. Конечно,с него возьмут штраф, но он с радостью его заплатит. В конце концов,можно купить новый билет. Пусть даже с двенадцатичасовой пересадкой в Багдаде, нестрашно!

Он уселся за стол. Хоть это и умаляло его в собственных глазах,а все же не хотелось терять несколько сотен долларов только радитого, чтобы поступить назло Мередит.

– Я не буду пить чай, – заявил он.

– Как тебе угодно.

Она прекрасно осознавала свою победу, что разъяряло Этана ещебольше.