– И мы не будем останавливаться, чтобы погладить какую то тамбелую лошадь.

Мередит рассмеялась.

– Уффингтонская белая лошадь – это фигура на холме. Она былавырезана три тысячи лет назад, причем она такая огромная, чтосмотреть на нее лучше с воздуха. Вот это загадка, правда? С какойстати древним людям, не знавшим никаких летательных аппаратов,вырезать то, на что нужно смотреть с воздуха?

– У меня есть вопрос получше. С какой стати современным людям,таким как мы, ехать четыре часа ради лошади, вырезанной на холме?

– Ты хочешь сказать, что не желаешь заезжать в Уффингтон?

– Совершенно верно.

– Ну и хорошо. Тогда у нас останется больше времени на Лондон. Думаю, можно будет проехать мимо собора Святого Павла и отправитьсяв Тауэр. Тебе как сотруднику правоохранительных органов будет интересно увидеть место, где слетели с плеч многие знаменитые головы.

– Когда у нас рейс?

– Сегодня поздно вечером. У нас еще полно времени.

– Вижу, ты просчитала все до мелочей.

Мередит обворожительно улыбнулась, попивая чай маленькимиглоточками.

Этан выглянул в окно:

– Трудно поверить, что здесь жили наши предки… Ходили вдольэтой реки…Она присоединилась к нему в его благоговейных чувствах, потерявшись взглядом в бескрайних зеленых просторах.

– И ты все это сделала ради семейного наследия, – сказал Этан.

Она медленно кивнула.

– Да. Я им очень дорожу.

– Еще бы, – продолжил он. – По моему, для тебя прошлое важнеенастоящего.

Она поставила чашку на стол:

– Я бы не делала столь далеко идущих выводов.

– А я бы сделал, потому что так оно и есть, – Этан подкрепилсвое обвинение выразительным взглядом. – Вчера был мой первыйрабочий день после перерыва. Ты об этом знала, но почему то не поинтересовалась, как он прошел.

Мередит заволновалась:

– Я… Я собиралась тебе позвонить. Но тут пришел адвокат Эндрю и…– Ты не спросила меня, почему я так рано получил письмо Ская.

Я ведь должен был быть еще на работе в это время.

– Ну, я предположила, что Остроу договорился встретиться стобой на работе…– Ты предположила? Верится с трудом! Мередит, ты никогда ничего не предполагаешь, по крайней мере, в делах, которые тебя волнуют. Ты тщательно планируешь каждую деталь, вплоть до остановки по пути в Лондон для осмотра трехтысячелетней лошади!

Он сам не заметил, как начал кричать.

Зрачки Мередит расширились. Она приоткрыла рот, но была нев состоянии вымолвить ни слова.

– Остроу пытался доставить письмо на работу, но не смог. А знаешь почему? Потому что меня там не было. Я уже ехал домой.

– Домой? – она обеспокоилась. – О, Этан, конечно… твои раны…и все эти путешествия… Я не подумала…– Вот именно, ты не подумала! Не волнуйся, мое здоровье в порядке. Правда, я быстро устаю, но вчера я поехал домой не поэтому.

Меня отправил шеф. Сначала он всыпал мне по первое число, а потом отстранил от обязанностей.

– Отстранил?

– На неопределенный срок.

– Но почему?

– Разве тебе это интересно? Я пока еще жив, а тебя интересуюттолько мертвые Морганы.

– Этан, ты несправедлив ко мне.

Да, он был несправедлив – и осознавал это. Но он не извинился.

Ему было приятно, что наконец то он одержал верх.

– Шеф отстранил меня, потому что все бульварные газеты с упоением пережевывают события в Лас Вегасе. «Взбунтовавшийся коптребует вендетты» и тому подобное.

– Так тебя отстранили… – сказала Мередит.

– Да.

Она наморщила лоб.