— Теперь глубоко вдохните, проверим, не затянула ли я оби слишком сильно, — велела она, поправляя богато вышитый пояс, обмотанный вокруг изящной талии Мисако. — Маа! Настоящее чудо! Какая дорогая вещь! Наверное, супруг подарил? — На лице ее мелькнула лукавая улыбка.

— Нет, — смутилась Мисако, несколько задетая личным характером вопроса.

— Тогда, должно быть, свекровь? Редкой души человек и отличная клиентка…

— Этот пояс — часть моего приданого, — неохотно объяснила Мисако. — Родители подарили на свадьбу.

— Маа! — не переставала восторженно щебетать хозяйка. — Просто загляденье! Видно, вы из хорошей семьи. Родом из Ниигаты, не так ли? И такая красавица…

Чопорно выпрямившись, Мисако не удостоила ее ответом, что совершенно не смутило говорливую сплетницу.

— Сегодня ведь свадьба племянницы госпожи Имаи?

Мисако вымолвила лишь краткое «да». Повисло молчание.

— Ваша свекровь мне много рассказывала, — вновь заговорила женщина. — Я уверена, что вы и ваш супруг будете самой красивой парой среди гостей. Он такой видный мужчина, куда там жениху, а вам так идет этот шикарный наряд! Такого шелка днем с огнем не отыщешь, да и носить кимоно так, как вы, мало кто умеет.

Мисако всегда раздражали шаблонные льстивые комплименты торговцев, а сейчас почему-то особенно. К сожалению, приходилось терпеть: оби должен быть завязан, как положено, а хозяйка салона слыла настоящим мастером своего дела. Молодая женщина вежливо кивнула и произнесла: «Спасибо».

— Ваш уважаемый супруг все такой же красавец, нисколько не изменился. — Слова сыпались как горох. — Я видела его в эту среду в «Русской чайной» в районе Сибуя… с ним сидела еще какая-то интересная дама, из таких, знаете, современных красоток. У них был, судя по всему, очень серьезный разговор…

Мисако окаменела, едва сумев скрыть потрясение. Она сразу поняла, о ком идет речь. В зеркале отражалось самодовольно-лукавое лицо сплетницы, продолжавшей трудиться над сложным узлом пояса.

— Да, я знаю, — солгала Мисако. — Это была моя подруга, мы вместе ходили по магазинам, и им пришлось меня дожидаться. Я хотела вернуть одну вещь и получить назад деньги, что теперь не так просто делается. Вот они с мужем и пошли в чайную, я сама им предложила, вы же знаете, как мужчины не любят ждать. Такая полненькая девушка, да?

— Да-да, довольно полненькая, — кивнула хозяйка разочарованно. Впрочем, подозрения ее не угасли: уж слишком фамильярно Хидео брал ту девушку за руку. — С таким бюстом, как у нее, нечего и думать о кимоно. Как ни затягивай грудь, настоящего изящества ни за что не добьешься. Когда приходит такая клиентка, у меня просто руки опускаются. Бедняжки, их теперь все больше, все, что им остается, — это носить европейскую одежду… — Она любовно поправила складки кимоно у Мисако на груди. — Ну вот, теперь хорошо. Вы выглядите очаровательно.

Во время свадьбы Хидео обратил внимание, что Мисако изменилась. Вела она себя как обычно, но смотрела на него иначе. В глазах появилась холодность, которой он никогда раньше не замечал. Настроение у молодого человека испортилось, в душе росло сознание вины.

Она знает, повторял он себе снова и снова. О Фумико, обо всем. По окончании торжественных речей Хидео покинул свое место за столом и присоединился к веселой компании мужчин, угощавшихся сакэ, пивом и виски на другом конце банкетного зала. Напился он в тот вечер так, что двоим приятелям пришлось везти его домой. Втащив бесчувственное тело в гостиную дома Имаи, они положили его на футон, расстеленный прямо там, чтобы не подниматься по узкой крутой лестнице в спальню.