Встреча была назначена на одиннадцать, а в одиннадцать двадцать пять, когда Мисако покидала роскошное офисное здание через стеклянную дверь-вертушку, голова у нее шла кругом. Пришла она без пяти, и молодая очаровательная секретарша с улыбкой пригласила ее в кабинет. Как только большие стенные часы пробили одиннадцать, адвокат вихрем влетел в дверь, рассыпаясь в извинениях. Мощный, грудь колесом, Исао Огава напоминал лягушку-быка и говорил низким внушительным басом. Усевшись за стол, он широко расставил руки, положив ладони на стол, и наклонился вперед, внимательно рассматривая посетительницу маленькими заплывшими глазками. Казалось, лягушка готовится перепрыгнуть с камня на камень. Потом начался обстрел вопросами. Мисако, робко сжавшись на краешке стула, едва успевала отвечать.

Да, развода требует муж. Нет, ей самой эта идея не нравится. Да, у семьи Имаи собственный дом в Сибуя. Детей нет, живут со свекровью.

«Хидео — единственный сын. Его отец скончался несколько лет назад… Как называется компания? «Имаи экспорт лимитед»… Да, семейный бизнес… Нет, президент компании не мой муж, а его дядя, глава старшей ветви рода. Мой покойный свекор был его младшим братом и вице-президентом… Нет, я понятия не имею, какой частью он владел… Нет, про акции и ценные бумаги я никогда не спрашивала, только знаю, что мой муж служащий компании… Нет, загородного дома у нас нет. У дяди мужа есть… Место? Каруидзава, мы обычно гостим там несколько дней летом… Да, машина одна».

Не успела она допить крошечную чашечку крепкого кофе, предложенного секретаршей, как допрос уже закончился. К удивлению Мисако, Огава куда больше интересовался бизнесом дяди, чем обстоятельствами, подтолкнувшими Хидео к разводу.

— Ну что ж, — задумчиво произнес адвокат-лягушка, потирая толстые руки. — Я сегодня же подключу к делу агента, и мы получим все недостающие сведения. Будет нужно — позвоню.

Он явно намекал на то, что разговор окончен.

— А какие сведения вам нужны? — спросила Мисако. — Может быть, я могу помочь?

Юрист болезненно улыбнулся, словно вежливый танцор, которому наступила на ногу партнерша.

— Боюсь, вы не совсем поняли, госпожа Имаи. Для того чтобы выбрать стратегию ведения дела, мы должны иметь полную информацию о финансовом положении вашего мужа. Пока я могу дать вам лишь один совет: ни в коем случае не подписывайте никаких бумаг, где упоминается о разводе. — Он бросил взгляд на наручные часы и сердито набычился, обнаружив прежде невидимый двойной подбородок. — Извините, госпожа Имаи, мне пришлось сильно уплотнить расписание, чтобы принять вас сегодня, и я уже опаздываю. Надеюсь, госпожа Кимура в добром здравии. Еще раз прошу прощения. До свидания!

Не зная, чем себя занять, Мисако вышла из метро на станции Хироо и шла под дождем три квартала до дома Сатико.

Приехав в Токио, Кэйко сразу же отправилась по адресу, который получила от дочери. Консьерж в многоквартирном доме, где жила подруга, с поклоном сообщил, что госпожа Кимура и ее гостья уехали. Усевшись на диванчик напротив стойки, Кэйко нетерпеливо ждала их возвращения, с тоской наблюдая, как над крышами скапливаются темные грозовые облака. Редкие капли дождя быстро превратились в сплошные потоки воды. Когда Мисако наконец вбежала в вестибюль, впечатление было, что она в своем красном костюме только что вынырнула из бассейна.

— Мама, я же просила тебя не приезжать, — укоризненно вздохнула она, безуспешно пытаясь стряхнуть воду.

— Глупости, как я могла не приехать! Боже мой, Мисако, посмотри на себя, на тебе же нитки сухой нет. Почему ты не надела плащ?

— Мои вещи пока еще в доме Имаи.