И только сейчас, когда желание принцессы развеяться совпало с таковым у Элиота, капитан стражи получил сигнал о том, что вроде как образумившаяся егоза взялась за старое.

— Раз — и нас здесь уже нет! — Преувеличенно-бодро произнесла Астерия, разрезав само пространство. Элиот на правах мужчины первым удостоверился в том, что ведёт портал куда надо, после чего вместе с Астерией через него прошёл, очутившись в одной из многочисленных подворотен крупнейшего из торговых городов юга — Селлтауне. Разница в температурах ощутилась тут же, и принцесса не упустила возможности в шутливой форме упрекнуть защитника в том, что тот на всякий случай взял с собой пару больших и очень тёплых плащей, завернувшись в которые можно было переждать чуть ли не любой мороз.

— И тебе не лень будет всюду таскаться с этой сумкой?

— Не лень.

— А если я её переброшу домой? Тоже нет? — Вышагивающая по правую руку от парня принцесса говорила, вращая головой точно так же, как сам Элиот — когда впервые встретился с мифической флорой и фауной, каким-то образом перенёсшейся в реальный мир. — Две порции, пожалуйста!

Не успел Элиот отвернуться — а принцесса уже возвращалась с двумя палочками сладкого льда, одна из которых уже была надкушена. Всучив целое лакомство в руки друга, Астерия обратила свой взор на первый из встретившихся на пути магазинов одежды, выдавив из своего спутника обречённый вздох…

Вдруг взгляд Элиота зацепился за герб, изображенный на неспешно проезжающей мимо карете. Морда оскалившего клыки золотого льва на чёрном фоне — символика королевства Арт, использовать которую разрешено только непосредственно государственным служащим. И в обычное, не военное время, или хотя бы на союзной Артистийцам территории он на это бы даже не обратил внимания, но Зандрассия — страна, объявившая на весь мир о нейтралитете, страна, выславшая со своей столицы послов тех государств, которые обозначили свою позицию в конфликте, выбрав одну из сторон. Сейчас на её территории и вовсе не должно было быть ни Констеллийцев, ни Артистийцев, ни их союзников.

— Астерия, напомни-ка мне: могут ли сейчас тут свободно разъезжать телеги с символикой Арта?

— Телеги…? — Девушка обернулась, успев только краем глаза заметить почти скрывшуюся за углом одного из зданий карету. — Нет! Точно нет!

На щеках принцессы вспыхнули было символы Ориона, но Элиот успел обхватить её лицо обеими руками до того, как хоть кто-то их заметил.

— Асти, держи себя, пожалуйста, в руках. Если предположить наихудший вариант, то твоим миленьким песочным часам тут не рады.

— Асти…? — Элиот не мог сказать точно, но и без того красная от мороза девушка, казалось, покраснела ещё сильнее. — Хорошо. Что будем делать?

— Продолжать развлекаться, я полагаю. — В ответ на недоуменный и полыхающий праведным гневом взгляд Элиот пояснил: — Я не рискну вместе с тобой что-то здесь выпытывать. Но мы можем просто прогуляться по городу, закупиться всем тем, чем ты планировала закупиться, попутно собирая слухи и сплетни — и вернуться домой, рассказав обо всём тому же Сантепьяго…

— Кто это?

Элиот склонился над ухом принцессы и перешёл на шёпот.

— Тот, кому я передаю все зацепки по предателям родины. Один из высших чинов, возглавляющих контрразведку. А теперь сделай радостно-испуганное лицо и подыграй, хорошо? — С этими словами Элиот якобы неловким движением руки выбил из рук принцессы сладкий лёд, тут же утонувший в снегу.