«Планировал ли ты это с самого начала, или мои поступки всему виной? Почему это началось так рано, властитель Преисподней?»

Опасные приключения, растущая как на дрожжах сила, а теперь — неизбежный конфликт. Всё это не походило на череду случайностей, напоминая спланированную одним рогатым, трёхглазым существом акцию. Но было ли это так на самом деле? Или всему виной стали его, Элиота, решения и поступки? Могла ли столь незначительная фигура, как он сам, стать первопричиной всех бед, что уже обрушились и ещё обрушатся на его родное королевство?

— Элиот, пожалуйста, отведи меня к маме. Она… — Девушка заплаканными глазами покосилась на запястье. — В своих покоях, кажется.

— Хорошо, принцесса. — Парень подхватил Астерию на руки. — Пообещай только, что не будешь делать никаких глупостей.

Ответом на просьбу стал слабый, едва заметный кивок…

Глава 13. Далёкий север

Сильный мороз и обильный снегопад, накрывший весь континент разом, впервые за много лет вызвал на душе принцессы не огорчение, а ничем не замутнённую радость. Ведь всего спустя три дня после того, как с небосвода не землю рухнули облака, во дворец пришла весточка о том, что покинувшая столицу два с половиной месяца назад, в начале октября, королева направилась домой — вместе с частью армии пережидать лютую зиму и последующую за ней беспутицу, из-за которой всякие военные действия вести стало невозможно.

И вполне естественно, что столь радостной новостью Астерия спешила поделиться с другом, к которому в комнату прямо сейчас и ломилась. Глухо щёлкнул замок, скрипнули петли — и на принцессу, в холода отдающую предпочтение тёплому платью и не менее тёплым колготкам, уставилась пара красных от недосыпа глаз её верного, официально признанного защитника.

— Элиот! Смотри!

— Ещё одна жалоба? Теперь и тебе пишут?

— Нет! Весточка от мамы! Она возвращается во дворец на зимовку! — Счастье в глазах девушки резко сменилось на подозрение. — А что за жалобы?

— От тех, кто не хочет хорошо делать свою работу и считает, что его за это должны любить, лелеять и снабжать казёнными деньгами. — Вздохнул юноша, после чего пошире открыл дверь и отошёл в сторону, приглашающе шевельнув рукой. — Проходи, не стой на пороге.

Принцесса кивнула благодарно, зашла в комнату и, сняв лёгкие сапожки, устремилась вглубь помещения, которое Элиот гордо называл гостиной. Всего пара секунд ей понадобилась для того, чтобы с ногами забраться на расположенный перед небольшим камином диван — и завернуться в брошенное тут же одеяло.

— Расскажешь, почему они пишут жалобы на тебя, а не на кого-то ещё?

— Я пользуюсь своим положением и сую нос, куда не надо, вычисляя перешедших все границы чиновников. Казнокрады, воры, крупные взяточники — моими стараниями уже двадцать два человека были вынуждены переехать из своих домов в тюремные камеры.

Астерия ненадолго зависла, явно размышляя над тем, что только что услышала. В её голове не укладывалась мысль о том, что её сверстник мог провернуть что-то подобное, даже не покидая стен дворца.

— Ты ведь не шутишь, верно? Как?

— Раз в неделю я выборочно забираю у по самое горло заваленных работой специалистов некоторые бумаги, ими уже просмотренные, после чего тщательно разбираю содержимое. Всё, что кажется подозрительным, пересылается в соответствующий орган, и уже там встаёт в очередь на внеочередную проверку. Частенько расхождения в документах являются следствием разгильдяйского отношения чиновников к своей работе, но преступники нет-нет, да попадаются… — Элиот размял затёкшую шею.