Астерия, впервые услышавшая о печати на теле капитана гвардии, лишь охнула, в то время как Элиот понимающе ухмыльнулся. Этот вариант он рассматривал ещё в прошлой жизни, но не прибегал к нему из-за возрастных ограничений: метка раба на ребёнке или подростке извращала разум, и за считанные года раб сходил с ума. Совсем другая ситуация была с Гертриктом, вытребовавшим, судя по словам генерала, печать в куда как более сознательном возрасте. Нельзя было не подивиться храбрости и самоотверженности капитана, как и не порадоваться тому, что нашёлся верный королеве и принцессе человек, имеющий доступ непосредственно к войскам. Самым худшим из вариантов могло стать предательство гвардии, а поручиться за то, что рядовые рыцари встанут на сторону Астерии, Элиот не мог. Простые люди в большинстве своём следовали за своими командирами и невероятно легко вводились в заблуждение или вообще шантажировались.

— Помимо капитана я уверен ещё в нескольких своих добрых знакомых, всё ещё занимающих высокие посты. Это Чертвен Гейд, Зорриба Туна, Вега Сольвешт и Говард Сайвьер. Они сейчас в городе, но во дворце — только последние двое. Вега отвечает за внутреннюю торговлю, а Говард — за… разведку, так скажем. — Услышавший последнее имя Элиот нисколько не удивился, так как совсем недавно принцесса перечисляла его в числе тех, кому можно доверять. — Но, Астерия, я бы настоятельно рекомендовал тебе дождаться возвращения матери и не предпринимать поспешных решений даже несмотря на то, что заговорщики могут сбежать. В наших силах проинформировать всех, вхожих в лагерь королевы, о происходящем, но…

— Дядя, я ценю твою заботу обо мне, но эти люди сейчас грабят мою страну и мой народ. Кем я буду, если сейчас, находясь в полной безопасности и не рискуя ничем, кроме собственного имени, забьюсь в дальний угол и буду ждать, пока всё решит мама? — Астерия подхватила со стола чайную ложку, начав вертеть её в руках. — У неё и так слишком много проблем. Война, внешняя политика — это то, с чем я не могу ей помочь. Но хотя бы здесь я покажу, что я — это не просто бесшабашная девочка. Я — принцесса Констеллы и будущая королева.

Спустя несколько секунд установившегося молчания Ялор Фетц встал со своего места и отошел от стола на пару шагов, после чего — с улыбкой опустился на одно колено.

— Я горд тем, что у Эстильды выросла именно такая дочь. И пусть я уже стар, и в теле больше нет прежней силы, но я прошу позволить мне поучаствовать во всей этой заварушке хотя бы на правах советника…

— Дядя! Это я должна просить тебя помочь, но уж точно не наоборот! — Оттараторила Астерия, вскочившая со своего места и бросившаяся поднимать генерала на ноги. — И, конечно, я с радостью приму твою помощь!

— Тогда я пошлю за теми, кому можно доверять. Раз уж так получилось, что вы открыто вышли на заговорщиков, то и скрываться смысла более нет.

— Миледи, позволите мне воспользоваться пространственными ножницами и оповестить обо всём Гертрика? — Обратился Элиот к Астерии под внимательным, оценивающим взглядом старого генерала.

— Элиот, при дяде можешь обращаться ко мне как обычно. — Принцесса достала ножницы из сумочки и вручила их своему защитнику, после чего тот пропал буквально на десять минут, вернувшись вместе с недоумевающим капитаном, который, впрочем, не забыл почтительно кивнуть при виде Фетца.

— Ваше высочество…?

— Гертрик, совсем недавно вскрылось нечто, требующее немедленного реагирования.