— Не знаю… А ты, похоже, не в курсе последних новостей. Во-первых, эта вилла теперь принадлежит мне. Я купил ее у Шарлотты и Петроса около шести месяцев тому назад. Они построили себе новый дом поближе к отелю.

— А… — Энни молча переваривала услышанное. Шарлотта была старшей сестрой Джоша. Она вышла замуж за грека Петроса, владельца нескольких отелей, и сейчас они сообща управляли своим бизнесом на острове.

— Во-вторых, я не привозил сюда Зои — она уже была здесь. Макс арендовал у меня эту виллу и привез дочку сюда отдохнуть. Другая нянька недавно уехала. Подозреваю, что он хотел провести с Зои как можно больше времени вдвоем. — Губы Джоша слегка искривились. — Затем ему позвонили насчет последних событий в Боснии, и он уехал, оставив Зои с Софией и Элени…

— Они родственницы мужа Шарлотты? — предположила Энни, пытаясь до конца разгадать эту головоломку.

— Нет, София — одна из старинных подруг матери Петроса, — сказал Джош. — Элени — ее племянница. Шарлотта помогает мне иногда, но у нее совсем нет свободного времени, ведь скоро уже туристический сезон. Она все такая же педантичная, старается даже сама ходить на рынок на рассвете, чтобы выбрать свежие продукты для их ресторана при отеле…

— Ну, хотя бы здесь есть кто-то из твоих родных, кто мог бы помочь. А у нее родственники есть?

Джош бросил на нее задумчивый взгляд.

— Со стороны Макса никого. Кто-то есть по линии матери. В Англии.

— Значит… Зои будет жить с ними?

— Нет, если в мире есть хоть какая-то справедливость. — В голосе Джоша послышались злые нотки. — Макс был весьма неважного мнения об этих родственничках своей жены.

— Множество людей недолюбливают родственников своего партнера, — начала рассудительно Энни. — Но это не означает…

— Это семья старшего брата умершей жены Макса, — пожав плечами, сказал Джош. — Они принадлежат к очень строгой религиозной секте и отличаются весьма странными понятиями о воспитании детей. Жена Макса держалась от них подальше, но с тех пор, как она умерла, они постоянно вмешивались в жизнь Макса, критиковали воспитание Зои… — Джош замолчал, затем добавил хрипло: — Я видел Макса в больнице незадолго до его смерти. Он просил меня не отдавать Зои им…

— А как ее крестный отец ты имеешь право это сделать?

— Он назначил меня ее официальным опекуном.

— Но это же создает для тебя множество проблем, не так ли? Я имею в виду, ты же не работаешь где-нибудь в офисе с девяти до пяти каждый день, правда?

Джош глубоко вздохнул и откинулся в кресле, бросив измученный взгляд на сидящую напротив девушку.

— Я благодарен тебе за твой вывод, Энни, но мне еще предстоит как следует подумать на эту тему. Ты не против, если мы поговорим о чем-нибудь другом?

Она нервно сглотнула и кивнула:

— Разумеется. Прости, я вовсе не собиралась вмешиваться. Это не мое дело…

В глубине виллы зазвонил телефон. Джош встал и пошел ответить на звонок. Энни услышала, как он сказал: «Привет, Вероника…»

Она сидела неподвижно, пытаясь разобраться в дикой смеси эмоций. Энни старалась выбросить из головы мысли о рыжеволосой красавице-журналистке. «Прибереги свои переживания для кого-нибудь еще», — уговаривала она себя. Там, далеко, за синим горизонтом, был другой мир — мир войны и смерти, мир, который оставил Зои сиротой. Как же она может переживать из-за бывшей подружки Джоша?

Энни резко встала и подошла к краю террасы.