Кейб дотянулся до него и начал было сгибать пальцы, чтобы взять его в руку.

Предмет выскочил из его руки и отлетел в направлении находящегося за спиной у Кейба входа в один из тоннелей, ведущих из комнаты. Кейб повернулся, собираясь схватить беглеца.

Рука поймала талисман. Элегантная фигура, облаченная в черные доспехи империи волков-рейдеров, выступила из тоннеля. Несмотря на аристократичность черт лица арамита, в его глазах определенно чувствовался привкус безумия. Время от времени он сосредоточивал на чем-то свой взгляд, но в большинстве случаев он ни на чем не останавливался. Складывалось впечатление, что вошедший не уверен, в каком направлении он предпочтет повернуть свою жизнь в следующий момент. Холодный рассудок или еще более холодное безумие. Кейб узнал это покрытое шрамами лицо по мельком виденным изображениям в святая святых Хрустального Дракона во время борьбы между силами двух волшебников. Перед ним стоял победитель этой битвы.

— Моя драгоценность… награда моя! Мое сокровище! Что… что… ты… сделал… с моим сокровищем?

Он направил талисман на Кейба.

При помощи всего лишь мысли Кейб установил вокруг себя защиту. Щупальца пытались поймать руки и ноги Кейба в цепкие объятия, но заклинание волшебника не позволяло им это сделать. Щупальца не сумели схватить его и отступили. Они предприняли еще одну попытку. Результат был тот же, и они угасли.

Волшебник-арамит без всякой паузы нанес быстрый удар, похожий на удар меча. Кейб парировал длинное блестящее лезвие, образованное из ничего, своим собственным магическим лезвием. Два волшебных лезвия обменивались ударами в течение нескольких секунд, пока волк-рейдер не убрал свое. Кейб, у которого сильно стучало в голове и сильно билось сердце, а рука смертельно болела, не стал пользоваться полученным преимуществом. В изувеченном лице рейдера промелькнуло слишком знакомое выражение. Он хотел, чтобы Кейб напал на него.

Арамит ласкал изогнутый предмет.

— Кто ты, волшебник? Я почувствовал, что клык зовет меня. Мы с ним связаны, как две половинки одной души. Неужели ты думал, что я этого не замечу? Канаан должен был знать это лучше, но теперь, я вижу, это уже не имеет значения. Жаль его.

Кейб не стал затруднять себя ответом волку-рейдеру. В это время он прикидывал свои шансы безопасно телепортироваться, успевая при этом отражать атаки арамита. Из их краткого обмена заклинаниями он уже знал, что его противник скор и искусен в использовании энергии. Кейб сомневался в том, что у него есть шанс для одновременного осуществления и телепортации, и защиты. А это значило, что для него было выгодно перейти в наступление.

Град камней обрушился на арамита сзади. Когда он повернулся, чтобы защититься, Кейб привел в действие вторую половину своей атаки. Она материализовалась прямо над головой его противника, твердое образование размерами со щит и но форме не отличающееся от обычной салфетки. Волк-рейдер, занятый отражением града камней, не заметил нависшей над его головой опасности, пока та внезапно не накрыла его голову. Он попробовал сорвать полотно, но неудачно. Покрывало плотно окутало лицо и шлем рейдера, перекрыв таким образом доступ воздуха.

Затем оно просто растворилось. Кейб отступил назад. Жуткие глаза опять обратились к нему. В кулаке арамита ярко блестел талисман.

— Я опять спрашиваю тебя, волшебник. Кто ты такой? Я думаю, ты должен знать нашего общего друга Грифона. Как я догадываюсь, поэтому-то ты и здесь. А это наводит на мысль только об одном маге. Как же его имя? А, да… Кейб Бедлам.

За спиной рейдера послышался шум бегущей вооруженной толпы. Первый солдат, подбежав ко входу в комнату, попытался было войти, но волшебник-арамит взмахом руки остановил его.