|
Хотел даже нанять детектива, но не решился. Потом вспомнил про этого журналиста из «Геральда» – Джо Донована. Он пару лет назад появлялся в наших краях. Попытался с ним связаться. Думал, он мне поможет отыскать Тошера. – Он вздохнул. – Но Донован ушел из газеты. Мне предложили поговорить с другим журналистом – Гэри Майерсом. К тому времени я уже весь извелся, жизнь превратилась в настоящий ад. Я сказал Майерсу, что у меня есть для него материал.
Он снова быстро взглянул на дочь. Она слушала. – Мы договорились о встрече, но так, чтобы о ней никто не знал. На нейтральной территории. Подальше от дома. Майерс предложил небольшую гостиницу у вокзала Кингс‑Кросс в Лондоне. В эту гостиницу ходят проститутки с клиентами и мальчики на продажу. – Он невольно усмехнулся. – Гэри сказал, если нас увидят, то примут за клиентов. Кэролайн подняла глаза к потолку: – О боже… – В общем, – заметив реакцию дочери, продолжал он слегка смущенно, – я рискнул и все ему рассказал. Это был оправданный риск. Я решил, что душевный покой, который мне так нужен, того стоит. Он выслушал меня. Было такое ощущение, что я… облегчаю душу. – Как на исповеди у католического священника, – вставила Кэролайн. – Да‑да, ты это верно подметила, – оживился он. – Или на допросе у следователя. Колин тяжело вздохнул – нет, она не поймет, не простит. – Гэри решил, что искать Тошера не стоит, и предложил кое‑что получше, – продолжил он, собравшись с духом. Кэролайн снова слушала. – Взять Кинисайда на живца. – Что? – нахмурилась она. – Расставить сети и поймать с поличным. Устроить провокацию, как он выразился, в духе старой доброй Флит‑стрит, в лучших журналистских традициях. – Зачем? – Чтобы Кинисайд угодил в приготовленную ловушку. Кэролайн молча смотрела на отца. – Дело станет гласным, Кинисайда накажут за все его злодеяния. И об этом узнают все. – А газету‑то как начнут раскупать, – усмехнулась Кэролайн. – Да, – с воодушевлением сказал Колин, не заметив иронии в голосе дочери. – Но самое главное, я бы обрел душевный покой. Ты не представляешь, насколько сильно он мне был нужен, как я этого ждал. Конечно, я прекрасно понимал, что за свои поступки и сам могу попасть за решетку, но все равно должен был на это пойти. Обязан. Мы разработали план действий, решив сыграть на слабости Кинисайда. Колин полностью погрузился в воспоминания. Он жестикулировал, забыв о раненой руке и ничего не замечая вокруг. – Он просто изводил меня расспросами о лаборатории, о заводе. Над чем работаем, к каким секретам имеем доступ. Но больше всего его интересовало, предлагал ли мне кто‑нибудь за что‑нибудь деньги. Большие деньги. И говорил он об этом постоянно. Дескать, к тебе наверняка все время ищут подходы, чтобы купить какую‑нибудь разработку, так вот, я‑де знаю, как говорить с такими людьми, и помогу продать… Все время повторял, снова и снова… Колин вздохнул: – Конечно, промышленный шпионаж – дело сегодня довольно прибыльное. Ты не представляешь, насколько часто ко мне обращались разные люди. Но это были представители конкурирующих фирм, которые хотели всего‑навсего первыми выйти на рынок с новым жидким моющим средством. Это вообще‑то тоже немалые деньги. Даже очень большие. Но у Кинисайда на уме были «Аль‑Каида», международные террористы. Прямо Джеймс Бонд. Начитался бог знает чего, вот и фантазировал. В общем, мы разработали план, в котором учли его желание встретиться для заключения сделки с представителем некой богатой организации. |
