– Но зло уже там; Сатана только ищет пути, чтобы его разбудить, – сказала Джоли. – Таким образом можно легко отделить добро от зла, что и является целью смертной жизни.

– И заплатить за такой отбор человеческими жизнями? – спросила Орлин.

– Все отправятся в Рай или в Ад, кто куда заслужил; души бессмертны.

– Но ведь люди раньше времени лишаются возможности изменить соотношение добра и зла в своих душах. Нечестно.

– Нечестно, – согласилась с ней Джоли.

– Мне кажется, я смогу уменьшить число жертв до шести, – сказал Николай, подняв голову от путаницы нитей.

– Невозможно! – вскричала Атропос. – Каким образом?

– Мы спасем вот этого. – Николай показал на одинокую нить, обозначающую жизнь одного из угонщиков, которая вплеталась в общий узел.

– Но таким образом мы только поможем бандитам!

– Не думаю. Обрати внимание: его судьба тесно связана с нитью жертвы, которая тоже входит в узел. Разве они не любовники?

– Да, конечно, – ответила Атропос. – И что из того?

– Один угонщик, другой жертва.

Атропос поджала губы:

– Интересно, тут я с тобой согласна! Естественно, бандиты скрывают, кто они такие, пока не придет время нанести удар. Он воспользуется тем, что ему предложено – по‑мужски. Вряд ли это повлияет на исход, поскольку именно ему суждено умереть.

– Но если он останется в живых и любит жертву, что тогда?

Атропос принялась всматриваться в рисунок.

– У‑у, хитрый пес! Может быть, ты и прав… Знаешь, я уверена, что ты прав!

– Сатана обычно всегда оставляет какой‑нибудь выход на случай, если его проект потерпит неудачу. Он спрятал ключ, которым намеревался сам воспользоваться в случае необходимости. Нам только нужно было его увидеть.

– Лишь мошенник мог его найти! – заявила Атропос.

– Согласен.

Они занялись анализом значения прибавленной к путанице нити, выдвигая по очереди возражения и отвечая на них.

– Ладно, – наконец сказала Атропос. – Помни, у нас нет права действовать на него впрямую, но если косвенно нам удастся чуть‑чуть подтолкнуть…

– Давайте это сделаем мы! – вскричала Вита с энтузиазмом.

– Кажется, мы сумеем помочь, – сказала Орлин.

– Да, пожалуй, я воспользуюсь вашей помощью, – обрадовался Николай. – Вы же не Судьба; вы призраки.

Атропос нахмурилась, однако спорить не стала. Она, конечно же, хотела узнать, можно ли уменьшить количество оборванных жизней до числа, названного Николаем. Судьба внесла изменения в пряжу Гобелена, благодаря которым Николай и Вита оказались на месте происшествия.

– Вы останетесь невидимыми на протяжении всего времени. Сейчас мне нужно заняться другими проблемами, хотя я вернусь.

Они поняли: если ничего не получится, Судьбе придется искать кого‑то другого на роль Атропос, а она не может себе позволить ждать еще шесть часов. Они должны решить трудную задачу самостоятельно.

Орлин, поняв, что задумал цыган, уступила инициативу Вите – молодой и в то же время достаточно опытной.

Они не могли сделать скачок в будущее, такое доступно лишь Хроносу; придется ждать шесть часов. Вита прошла вслед за одной из пассажирок, а Николай отправился за террористом.

Девушку звали Обелия. Богатая наследница, она частенько посещала игорные дома и другие развлекательные центры на Луне.