— А чего бы ты хотел? — парировала Энни. — Впрочем, я с радостью стану послушной — как только ты мне поверишь и отпустишь с миром.

   Он сдвинул брови и уставился на дорогу.

   В душе Энни все кипело. Сэм Ноубл просто невыносим! Он считает ее лгуньей, смеется над ее женской беззащитностью и хочет, чтобы она мило улыбалась, пока он везет ее на казнь! Что ж, она улыбнется и даже, быть может, скажет несколько добрых слов — но только после того, как зароет его в землю!

   Все утро они молчали, а в полдень, после привала, когда Энни вскочила в седло, Сэм подошел к ее лошади, чтобы снова связать руки своей строптивой пленнице.

   — Черт возьми! — испуганно воскликнул он. — У тебя на запястьях кровь! Почему ты ничего не сказала?

   Его неожиданное сочувствие поразило Энни.

   — Я думала, что тебя это не интересует, — ответила она сиплым от волнения голосом.

   Подняв голову, Сэм заглянул в ее выразительное лицо и понял, что она вот-вот расплачется. В нем зашевелились угрызения совести. Ослепленный гневом, он не подумал о том, какие жуткие следы оставит веревка на нежной женской коже! Ему захотелось прикоснуться губами к этим болезненным ссадинам.

   Он сдержал стон. Эта женщина доведет его до беды!

   А впрочем, она права. Откуда ей было знать, что его могут обеспокоить ее стертые в кровь руки? Тем не менее они его беспокоили.

   Как же быть? Она уже дважды пыталась сбежать, и он не мог ей доверять. Но и продолжать связывать ей руки он тоже не мог. Веревка еще больше разбередит раны, они нагноятся от дорожной пыли, и Энни умрет.

   Конечно, участь этой женщины уже была решена, и другой на его месте не стал бы так за нее волноваться. Но Сэм Ноубл полагал, что при всех своих грехах Энни все же заслуживает простого человеческого участия.

   Сэм поднял глаза и наткнулся на ее растерянный взгляд.

   — Слезай! — Он подал ей руку.

   Энни хоть и настороженно, но все же приняла его помощь.

   Как только она спрыгнула на землю, Сэм положил руки ей на плечи и проникновенно сказал:

   — Послушай, я должен взять с тебя слово, что ты больше не будешь убегать.

   — Вот как? — усмехнулась она.

   — Если ты мне это пообещаешь, я не буду связывать тебе руки. Мне не нравятся эти ссадины.

   Энни была удивлена и даже тронута его сочувствием. Да и не стоило упускать такую возможность.

   — Ладно, — произнесла она, вздохнув, — обещаю. Он недоверчиво вскинул бровь.

   — Это правда?

   Энни закатила глаза к небесам.

   — Что значит — правда? Ты сам мне это предложил.

   — Я не хочу, чтобы ты заболела до нашего приезда в Сентрал-Сити, — проворчал Сэм. — Но если ты опять попытаешься удрать, мне придется тебя застрелить.

   Энни испытала горькое разочарование. Она-то думала, что Сэм Ноубл искренне о ней заботится, а оказывается, он просто не хочет задерживаться из-за ее болезни.

   — Не волнуйтесь, мистер Ноубл, я приму ваши слова к сведению, — хрипло отозвалась Энни. — Я знаю, что вы намерены отдать меня в руки правосудия и получить ваши чертовы деньги. При этом вам все равно, живая я буду или мертвая.

   Увидев выражение лица Сэма, Энни подумала, что он сейчас на нее набросится, но он только покачал головой и взял ее за руку.