– Все наши сестры тоже должны были посетить церемонию, чтобы увидеть, какое счастье выпало Лаурелле, – прошипела Маргарита, чье горе на глазах сменилось злостью.

Да, Маргарита права. Всему этажу следовало наблюдать успех подруги.

Оракулы потянулись цепочкой к выходу из часовни. Дарт увидела, что загорелый мальчик уходит следом за оракулом со знаком Джессапа Ольденбрукского, из Первой земли. Мальчик не заметил ее взгляда, но Дарт провожала его глазами, пока он не скрылся за дверью. Больше никого с третьего этажа не выбрали.

Девочка отвлеклась и не обратила внимания на самого старого оракула. Во главе своей свиты он мелкими шажками приближался к ее ступеньке. Лаурелла помахала им с Маргаритой и послала воздушный поцелуй. При этом глаза Лауреллы то и дело возвращались к рядам зрителей, но ее родственники так и не объявились.

Дарт снедали собственные заботы. Церемония закончилась, и теперь ей придется разобраться с остатками разрушенной жизни. Как долго еще она сможет скрываться в Конклаве? И как уберечься от лекаря Палтри?

Но тут согбенная фигура оракула остановилась перед ее ступенькой, старец тяжело оперся на трость и переводил дух. Слуги бережно поддерживали его с обеих сторон. Голова оракула повернулась к ней, и Дарт почувствовала на себе его взгляд, несмотря на слепые, завязанные шелком глаза.

Узловатый от старости палец указал на нее. Из ожидающей в стороне свиты выскочил слуга, подбежал к Дарт и крепко ухватил ее за плечо.

Дарт попыталась вывернуться, решив, что ее обнаружили, что слепой провидец сумел прочесть терзающие ее страхи. Но когда слуга потянул ее вперед, она уже не сопротивлялась.

Оракул тяжело ступил к ней, резко выбросив вперед руку. Девочка широко распахнутыми глазами вбирала в себя каждую мелочь: желтоватые ногти, тонкая, как пергамент, кожа, паутина вен – скорее клешня, чем рука.

В груди у Дарт поднимался крик. Все глаза уставились на нее. Сейчас ее опозорят перед всей школой.

И тут в ладонь девочки упал камешек. Она непроизвольно поймала его, крепко сжав пальцы, и слуга отпустил ее плечо.

По часовне побежал шепот удивления.

– Тебя выбрал и, – торжественно произнес слуга. – Поднимись сюда.

Но Дарт не могла заставить себя двинуться, ее трясло.

– Я не могу… это ошибка. – Девочка попыталась вернуть камешек.

Старый оракул не обратил внимания на ее смятение и отступил назад. На его место встала Лаурелла.

– Будь сильной, – прошептала она, повторяя слова Дарт, и протянула руку.

Медленно, на подгибающихся ногах Дарт встала, сошла со ступеньки и оказалась рядом с Лауреллой.

Маргарита с бледным испуганным лицом провожала ее взглядом.

– Какую Милость ты получила? – спросила Лаурелла.

Дарт потрясенно глянула на сжатый кулак, разжала пальцы и уставилась на вычерченный литтикский символ:

Ее рука дрожала так сильно, что она чуть не выронила камешек. Лаурелла поддержала ее и спросила:

– Ну что?

Дарт не могла вымолвить ни слова и безмолвно протянула камень девочке. На лице той отразилось такое же потрясение.

Дарт досталась Милость, что затмевала все другие, – кровь.

Глава 5

Сломанные кости

– Я… я ничего не знаю, – простонал Тилар.