Флиппер камнем падал вниз. Он завалился на бок, лопасти на борту задрались к верхушке башенного шпиля. Причальные рабочие разбегались в стороны.

Катрин с Герродом распластались по полу.

Одна из лопастей ударила по парапету, и под треск дерева пополам с завыванием ветра флиппер выпрямился, но тут же зарылся носом. На безумной скорости он падал, а внизу его ожидал гранит причальной люльки.

В самое последнее мгновение корабль чудесным образом затормозил, и его киль с жестким ударом уверенно вошел в люльку. При ударе от обшивки оторвалось несколько досок, а стеклянный глаз на носу пошел трещинами.

Немедленно причальные рабочие вскочили на ноги и, перекрикивая ветер и перебрасывая друг другу тросы, быстро и надежно пришвартовали судно. Некоторые одобрительными возгласами выразили свой восторг его приземлением.

Катрин поднялась на ноги, девушка не разделяла восторга рабочих.

– Бессмысленно так рисковать кораблем и командой.

Задний люк флиппера со скрипом начал отвинчиваться.

Прежде чем крышка упала на камни, из люка выпрыгнул человек; он казался омутом темноты, обрывком тени, которую унес ветер.

– Кажется, это юный Перрил, – произнес Геррод.

Перрил заторопился к ним. В его глазах горела ярость. Он поравнялся с ожидающими, когда закрепили первый швартов, но не остановился.

– Поговорим внизу, – бросил он на ходу.

Катрин поневоле захватила его спешка, и выговор за риск замер у нее на губах. Они с Герродом заторопились следом за юным рыцарем; тому пришлось побороться с ветром, прежде чем удалось открыть дверь в башню, но затем он успокоился и пропустил старших вперед.

Катрин переступила порог и начала спуск. Следом в дверь нырнул Геррод, а за ним ворвался порыв ветра и града величиной с гусиное яйцо. Перрилу градина попала в щеку, сорвав масклин.

Он захлопнул дверь и повернулся к собратьям по ордену с бледным лицом:

– Тилар сбежал.

Воцарившуюся тишину нарушал только стук града по двери, как удары сотни железных кулаков.

Катрин пыталась осознать принесенную новость. Она отколола полосу масклина и откинула назад капюшон. Она не успела стянуть волосы в обычный хвост и теперь пальцами попыталась убрать с лица пряди. Девушка не отличалась красотой, но ее считали привлекательной, хотя в последнее время взгляд голубых глаз подернуло морозной твердостью. Она в упор смотрела на Перрила, ожидая продолжения рассказа.

– В пути флиппер нагнал ворон, – послушно заговорил тот. Перрил никак не мог встретиться глазами с Катрин и постоянно запинался. – Вопреки моему приказу эти глупцы решили казнить Тилара, но он каким‑то образом сумел призвать на помощь демона. Во время побега погибло несколько стражников.

– Демона? – переспросила Катрин.

– Больше я ничего не знаю. Но послание было запечатано знаком ордена и именем Даржона сира Хайтаура. Он – единственный рыцарь, что уцелел при нападении на Мирин. – Перрил наконец встретился с Катрин взглядом. – Я и не знал, что кто‑то из ее охраны выжил. Теперь наш брат ведет погоню за Тиларом. Ходят слухи, что черные флаггеры помогли беглецу выйти в море.

– Пираты и демоны, – тихо произнесла Катрин и отвернулась.

Ей казалось, что время повернулось вспять. Она видела, как любимого ею человека тащат в цепях к переполненной рабами барже. Он уже больше не рыцарь, а нарушивший клятву убийца с обнаженным для праздных взглядов лицом. Глаза Тилара до последнего мгновения выискивали ее на берегу, но Катрин пряталась в тенях закоулка, сгорая от стыда. Как раз ее показания и обрекли любимого на подобную участь. Но она не могла солгать перед судом, даже без вмешательства мастера истины. Тилар должен был понять это. Тут его загнали на баржу, и он пропал из виду.