Перрил заговорил снова:

– Сир Хайтаур – уважаемый рыцарь, ваша милость. Он был помощником капитана охраны Мирин.

– И тем не менее его не оказалось рядом с ней в ту ужасную ночь.

– Нет. Долг задержал его на другом острове.

Мирра кивнула, продолжая изучать танец языков огня в очаге.

– А теперь он жаждет мести.

– Он возглавляет флот каперов с гвардейцами кастильона на борту. В поисках следов Тилара они прочесывают южные воды. Он считает, что богоубийца укрылся в Мирашской впадине.

– Если ему удалось выйти в открытый океан, то не предугадать, куда он отправится. Он может сбежать в любую из Девяти земель.

– Но его нигде не примут, – возразил Перрил. – Великая сотня уже знает о его деяниях, все царства извещены о преступлении.

– Он может удрать в окраинные земли и затеряться среди дикарей.

– Возможно, – произнесла Мирра. – Но даже там есть боги.

– Бродяги. Омерзительные безумные создания.

Мирра не отрывала глаз от очага.

– Такой же была и наша великая сотня… Пока они не осели в своих царствах много тысячелетий назад.

Катрин приподняла бровь. На что намекает смотрительница?

В комнате воцарилась тишина.

– Тилара необходимо найти, – приняла решение старая дама.

– Его найдут, – заверил Перрил. – Сир Хайтаур уже раскинул сети по южным морям.

– И его сети, без сомнения, утащат богоубийцу на дно, – возразила Мирра. – Но этого нельзя допустить, мы должны защитить его.

– Почему? – спросил Перрил. Он выглядел не менее удивленным, чем Катрин.

– Тилар невиновен, – непоколебимо проскрипела смотрительница.

Катрин, не в состоянии скрыть потрясение, шагнула к ней.

– Я не понимаю. Он сбежал от суда, вызвал на подмогу демона… Теперь его укрывают пираты. Как можно назвать такие поступки действиями невинного человека?

Мирра чуть повернулась в кресле и теперь смотрела девушке в глаза.

– Это поступки человека, который привык к предательству и ложным обвинениям.

Катрин похолодела:

– О чем вы?

Старая дама снова откинулась на спинку кресла и долго молчала, прежде чем ответить.

– Мне тяжело говорить об этом, но я не вижу другого выхода. Я слишком стара, чтобы нести это бремя в одиночестве. Оно сломило сира Генри, а он был куда сильнее меня.

Катрин переглянулась с Перрилом, но никто не проронил ни слова. Они дожидались, пока Мирра соберется с духом.

Старая смотрительница наградила каждого острым взглядом, оценивая их решимость. Когда ее глаза встретились с глазами девушки, лицо Мирры смягчилось.

– Ты его еще любишь?

– Кого?

– Твоего бывшего жениха.

Катрин нахмурилась:

– Тилар… я… Нет, конечно нет. Все давно забыто.

Мирра отвернулась от нее и прошептала пламени камина:

– Что забыто, не всегда бывает потеряно… – Несколько секунд она не отрывалась от игры огня. – Мне стыдно от жестокости совершенного, а что еще хуже, позор ложится и на сира Генри.

– Ничто не может запятнать память сира Генри.

Для Катрин староста во многом заменил отца, которого она не знала. Ее мать, публичная девка, родила и бросила ребенка на улицах Киркалвана.

Казалось, Мирра ее не слышит.

– Позор больше не имеет значения. И для гордости не осталось времени. Я поведаю вам эту историю в тот день, когда в последний раз надену эмблему смотрительницы. – Дама провела пальцем по бриллиантовой броши на шее.