В памяти Ханны ожили очень далекие воспоминания, к которым она давно не возвращалась: незадолго до исчезновения Эли они впятером отправились на экскурсию в Народный театр света на постановку «Ромео и Джульетты». Семиклассников набралось немного – основную часть группы составляли ученики старших классов. И среди них – весь «цвет» роузвудской старшей школы: старший брат Эли, Джейсон; сестра Спенсер, Мелисса; Йен Томас; Кейти Хафтон, подружка Эли по хоккейной команде; Престон Кан, один из братьев Канов. После спектакля Ария и Эмили побежали в туалет, Ханна и Эли устроились на каменном парапете и принялись за «сухой паек», а Спенсер поспешила к миссис Деланси, учительнице английского, которая сидела рядом со своими учениками.

– Ее хлебом не корми, дай только покрутиться возле взрослых парней, – пробормотала Эли, провожая Спенсер суровым взглядом.

– Мы тоже можем туда пойти, если хочешь, – предложила Ханна.

Эли отказалась.

– Я зла на Спенсер, – заявила она.

– Почему? – спросила Ханна.

Эли вздохнула.

– Это длинная и скучная история.

Ханна не стала выпытывать – Эли и Спенсер часто ссорились, причем по пустякам. Она предалась мечтам о сексуальном актере, исполнителе роли Тибальта, который не сводил с нее глаз, пока играл сцену смерти. Интересно, Тибальт подумал, что Ханна симпатичная… или толстая? А, может, он вовсе и не на нее смотрел? Просто притворялся мертвым с открытыми глазами? Когда она подняла взгляд, Эли плакала.

– Эли, – прошептала Ханна. Она никогда не видела, чтобы Эли плакала. – Что случилось?

Слезы тихо бежали по щекам Эли. Она даже не смахивала их, словно и не замечая. Ее взгляд был устремлен в сторону Спенсер и миссис Деланси.

– Не обращай внимания.

– Черт! Вы только посмотрите! – закричал Мейсон Байерс, и Ханна очнулась от воспоминаний семиклассницы. Высоко в небе маленький биплан упрямо прорезал облака. Он пролетел над роузвудской школой, сделал круг и снова взмыл вверх. Ханна заерзала на стуле, оглядываясь по сторонам. Где, черт возьми, Мона?

– Это что, первый «Кертисс»? – спросил Джеймс Фрид.

– Не думаю, – ответил Ридли Мэйфилд. – Скорее, «Трэвел Эр».

– А, точно, – тоном знатока подтвердил Джеймс.

Сердце у Ханны взволнованно затрепетало. Самолет сделал несколько пируэтов в воздухе, оставляя за собой шлейф облаков в форме отчетливой буквы.

– Он что-то пишет! – выкрикнула девушка возле двери.

Биплан оставил на небе уже несколько букв – Л, У, Ч, Ш… – и заходил на все новые круги. Ханну распирало от восторга. Это был самый крутой подарок на все времена.

Мейсон прищурился, разглядывая кружащий в небе самолет.

– Луч… ший… – медленно читал он.

И тут на соседний стул плюхнулась Мона, закидывая на спинку стеганую сумку от «Луи Виттон» угольного цвета.

– Привет, Хан, – сказала она, открывая коробку с обенто из элитного супермаркета «Фреш Филдс» и распаковывая деревянные палочки для еды. – Ты не поверишь, что приготовили на мой день рождения Наоми и Райли. Это лучший подарок в моей жизни.

– Забудь! – взвизгнула Ханна. – Я приготовила тебе кое-что покруче.