|
Эзра прикрепил к ней белую маркерную доску, и она пестрела сообщениями от учеников. Мистер Фитц, хотела поговорить о моем докладе по Фицджеральду. Зайду после уроков. Келли. В самом низу кто-то оставил цитату из «Гамлета»: «Злодей, злодей, смеющийся, проклятый изверг!» Под доской прилепили карикатуру из газеты «Нью-Йоркер» с изображением собаки на кушетке у психотерапевта. На дверной ручке болталась табличка «НЕ БЕСПОКОИТЬ» из местной гостиницы; Эзра перевернул ее другой стороной: «ПОЖАЛУЙСТА, ПРИБЕРИТЕСЬ В КОМНАТЕ».
Ария осторожно постучала.
– Войдите, – раздался его голос из-за двери.
Девушка ожидала увидеть Эзру с кем-то из учеников – из обрывков разговоров, подслушанных в классе, она сделала вывод, что в обед он всегда занят. Но он оказался один, с коробкой «Хэппи мил» на столе. В комнате пахло «макнаггетсами».
– Ария! – воскликнул Эзра, вскидывая брови. – Вот так сюрприз. Присаживайся.
Она плюхнулась на диван, обитый колючим твидом, – такой же, как в кабинете директора школы. Кивнула на пакет с едой.
– «Хэппи мил»?
Он смущенно улыбнулся.
– Я люблю игрушки. – Эзра взял со стола машинку из какого-то детского фильма. – Хочешь «макнаггетс»? – Он протянул ей почти полную коробку. – С соусом барбекю.
Она отмахнулась.
– Я не ем мясо.
– Ах, да. – Он сунул в рот горсть картошки, не отрываясь от нее взглядом. – Совсем забыл.
Ария испытала щемящее чувство близости в сочетании с неловкостью. Эзра отвел глаза, вероятно, чувствуя то же самое. Она оглядела его стол, заваленный стопками бумаг, кучей книг, и в этом хламе нашлось место даже японскому мини-садику камней.
– Что ж… – Эзра вытер рот салфеткой, не замечая выражения лица Арии. – Чем могу помочь?
Ария облокотилась на валик дивана.
– Я хотела попросить отсрочку по эссе на тему «Алой буквы», которое надо сдавать завтра.
Эзра отставил стакан с газировкой.
– В самом деле? Я удивлен. Ты никогда не задерживаешь работы.
– Я знаю, – пробормотала она смущенно. Но дом Эккардов совсем не располагал к учебе, начиная даже с того, что в нем царила пугающая тишина – Ария привыкла заниматься под звуки музыки, работающего телевизора и трескотни Майка по телефону в соседней комнате. Еще труднее было сосредоточиться, когда она чувствовала, будто за ней… наблюдают. – Но это совсем ненадолго, – продолжила девушка. – Мне нужен всего лишь этот уик-энд.
Эзра почесал затылок.
– Что ж… я еще не устанавливал правила отсрочки. Ладно, договорились. Но только на этот раз. В дальнейшем буду снижать баллы.
Она заправила волосы за уши.
– Я не собираюсь превращать это в привычку.
– Вот и хорошо. А что такое – тебе не нравится книга? Или ты еще не начинала читать?
– Я дочитала сегодня. Но мне она противна. Я ненавижу Эстер Прин.
– Почему?
Девушка затеребила пряжку на замшевых балетках цвета слоновой кости от «Урбан Аутфиттерс».
– Она предполагает, что ее муж пропал без вести, и тут же заводит роман, – пробормотала Ария.
Эзра подался вперед, опершись на локоть, и смотрел на нее добродушно-насмешливо, будто его забавляли ее рассуждения.
– Но ее муж тоже не очень хороший человек. Вот что усложняет интригу.
Ария оглядела деревянные полки, которые буквально ломились от книг. «Война и мир». |