Ши Хэй раскраснелся от неожиданной похвалы. Он и сам думал так же, но не ожидал, что кто-то во дворце оценит его старания, тем более, императрица, слывшая весьма надменной и строгой. Он хотел отблагодарить ее за похвалы, но горло пересохло от волнения. Он невольно кашлянул и зажал рот руками. Вот же остолоп! Осквернить слух такой мудрой женщины столь низменными звуками!

— Юнь, подай мастеру чай.

Из-за ширмы выскользнула девушка, прекрасная, как лотос на заре: белокожая, с легким румянцем, глаза точно выписаны тонкой куньей кисточкой. Она поставила перед Ши Хэем столик, принесла чайничек и сама налила ему ароматнейший чай. Мастер предшествующих знаний боялся тронуть чашку своими грубыми пальцами и разлить подношение императрицы, потому шепотом поблагодарил девушку, дождался, когда она скроется за ширмой, и лишь потом залпом выпил чай, не распробовав толком его вкуса.

— Благодарю за внимание к столь незначительному человеку, который всё равно что пыль под вашими ногами!

— Я родилась в другой стране и не знаю местных обычаев. Мне бы очень хотелось узнать побольше о стране Коронованного Журавля, и кто, если не мастер предшествующих знаний, сможет лучше поведать мне об этом. Я была бы крайне признательна, если уважаемый мастер после встречи с Сыном Неба зашел в яшмовую комнату и рассказал бы мне немного о своей родине. Там будет и мой сын, наследник престола.

— Конечно-конечно, этот ничтожный не смеет отказать вам в этой просьбе. Но во дворце есть и более одаренные ученые, выходцы из Син Шидай. Уверен, что каждый из них будет счастлив поведать всё, что вам будет угодно.

— Ах, синшидайцы… Они разговаривают так, будто только им известны все тайны мироздания, и смотрят на остальных, как на грязь. Никакого уважения к титулам и происхождению!

Ши Хэй невольно закивал. За эти несколько дней он немало вытерпел обид от ближайшего окружения императора.

— Как только Сын Неба отпустит меня, я незамедлительно направляюсь в яшмовую комнату.

— Евнух Бай, что стоит у двери, проводит тебя.

Распахнулась центральная дверь, первым вошел император, следом за ним остальные. Император громко спорил с сопровождающим его молодым человеком, который был незнаком Ши Хэю.

— Дороги я тебе построил! Во все концы можно безнаказанно проехать на одном осле! И что в итоге? Половина крестьян снялись с мест и бросились в города. А если все будут сидеть в городах, кто будет сажать рис? Кто будет ткать шелк? Кто будет растить скот? А ты говоришь, что этого мало!

— Вот только не надо снова тыкать в лицо дорогами! — грубовато ответил незнакомец. — Сам знаешь, цена на все товары снизилась на двадцать процентов только потому, что торговцам нынче не нужно столько тратить на охрану караванов. И про крестьян тоже ерунда! Без таблички с печатью дорожного ведомства и шагу из дома ступить нельзя. Да только вот одних дорог маловато будет! И я тебе уже не раз об этом говорил.

— Чего ж ты опять от меня хочешь?

— Я хочу? Да я ничего не хочу! У меня и так всё есть. Я о государстве беспокоюсь.

— Ха, как же! О государстве! Беспокоилась кошка о мышке…

Ши Хэй в ужасе отполз от столика. Кто же был настолько смел, чтобы так разговаривать с императором? Друг из Син Шидай? Нет, незнакомец был лет на десять моложе. Уважения нет ни к возрасту, ни к титулу… Как и говорила императрица.

— Нельзя все время торговать одним и тем же. Вот я, Мэйху, могу, а ты, император Ли Ху, не можешь. Вокруг такие же земли, такие же страны, у всех растет на полях рис и просо, все растят свиней и яков, все делают шелка. Но!!! Быки продают свой уникальный шелк, который скрывает потоки Ки. Морские коньки поставляют на всю бывшую империю рыбу, осьминогов и устриц, не говоря уже про жемчуга.