Ничего не оставалось, как ждать заказанной машины в здании аэровокзала. Он сел в одно из пятнистых неудобных кресел лицом к окну. Потом достал листок бумаги с двумя адресами, найденными им вчера вечером, и развернул карту города, которую ему дала женщина за стойкой. Город был маленьким, улицы легко находимыми, поэтому Майлс через небольшой промежуток времени сложил карту и уставился в покрытое мелкой моросью окно.

Спустя десять минут к подъезду вокзала подрулил побитый пикап, везущий на буксире красный «понтиак Гранд Ам». Лысый, печального вида мужчина, вышедший из «понтиака», был одет в белую куртку с надписью «Авис». Майлс собрал свои бумаги и вышел на улицу. Грустный мужчина переписал номер водительской лицензии и кредитной карточки, передал Майлсу ключи и быстро направился к другой машине. Грузовичок рванул с места, разбрызгивая лужи. Майлс бросил портфель на пассажирское сиденье и поехал в центр города.

Он попал в нужное место с первой попытки.

Дженет Энгстрем оказалась довольно изможденной женщиной, выглядящей явно старше своих лет. Она жила одна в выходящей окнами на улицу квартире одноэтажного жилого комплекса, расположенного напротив колледжа. Наверное, следовало предварительно договориться по телефону, но, поскольку он этого не сделал, Майлс просто подошел к двери и нажал кнопку звонка.

– Вы Дженет Энгстрем? – спросил он женщину, которая открыла дверь.

– Да, – устало кивнула та.

– Я бы хотел поговорить с вами о вашем дяде.

– Мой дядя умер. Извините. – Тень набежала на ее лицо, и она сделала попытку закрыть дверь.

– Я знаю. Поэтому я и приехал.

Что-то в его голосе, видимо, привлекло ее внимание, потому что она остановилась.

– Его тело исчезло, да?

– Нет.

– Нет?

– Мы похоронили его в воскресенье.

Тем не менее дверь оставалась открытой, и Майлс расценил это как добрый знак.

– Вы не позволите войти? Я бы хотел с вами поговорить.

– О чем?

– О вашем дяде. Я прилетел ради этого из Лос-Анджелеса.

– Вы не журналист?

– Нет, – быстро заверил ее Майлс. – Ничего подобного. Я просто... хочу поговорить.

– Вы знаете, – бесцветным голосом произнесла она.

Он кивнул.

На секунду она встретилась с ним взглядом, потом отвела глаза и сделала шаг в сторону, приглашая в дом. Квартира имела странный вид. Она выглядела довольно обжитой и в то же время оставляла ощущение, что жильцы до сих пор толком не распаковали все вещи.

Она тяжело опустилась на диван. Черты лица оставались неподвижными, застывшими, но Майлс заметил набухающие на глазах слезы.

– Вы знаете, – повторила она снова.

– Да, – подтвердил Майлс, присаживаясь рядом. – Знаю.

Первая слезинка прорвала невидимый барьер, за ней из-под длинных ресниц по щекам покатились другие. Он потянулся, чтобы стереть их, но женщина отстранилась и тонким изящным пальцем сама остановила поток.

– Извините.

Она кивнула, и от этого движения опять покатился град слезинок.

– Просто... просто у меня давно не было возможности поговорить с кем-нибудь... с тех пор, как... – Она прервала себя и сделала попытку улыбнуться. – Вы видели статью в «Инсайдере»?

– Поэтому я вас и нашел. Я частный сыщик.

Женщина мгновенно напряглась и даже отодвинулась от него на край дивана.

– Нет, это просто моя профессия, – поспешил пояснить Майлс. – Я приехал не по работе.

– А почему?

– Я хочу выяснить про вашего дядю.